Безопасность жизнедеятельности


Книга А.С.Муратова «Заложники»



Скачать 196.27 Kb.
страница3/4
Дата17.01.2019
Размер196.27 Kb.
1   2   3   4
Книга А.С.Муратова «Заложники»
В кинотеатре «Ракета», небольшого курортного города, на премере нового фильма, произошел террористический захват заложников. В зале присутствовали более 300 человек. Были и взрослые, и дети. Террористы, часть из них беглые заключенные, часть – талибы, требовали деньги и самолет у властей города.

В первые минуты после захвата, заложник испытывает шок. Возникает состояние, когда кажется, что происходящее - это кино или сон, а ты не участник его, а зритель. Такое состояние вызвало ступор, или своеобразное поведение, которое психологи называют «детским»: заложников начинает разбирать смех, они отпускают неуместные шутки. Люди сами удивляются собственному поведению, но в этот момент оно почти не поддается контролю разума - они просто не могут вести себя иначе. Вместе с тем такое поведение опасно. Дело в том, что в первые минуты захвата террористы сами испытывают сильнейший стресс. Ведь они долго готовились к акции, до нее им приходилось соблюдать конспирацию, прятаться. К акту захвата террористы приступают в состоянии стресса, поэтому малейшая помеха для них - сильнейший раздражитель. Чем тише, незаметнее ведет себя заложник, тем больше у него шансов сохранить жизнь во время захвата. Психологи советуют им держаться «как серая мышь» - стать маленьким, неподвижным, неудивляющим, непугающим, не привлекающим внимания.

За первой шоковой стадией у заложников начинает развиваться защитная реакция. Она была двух типов - пассивная и активная. Вид реакции во многом обусловлен индивидуальностью человека. При пассивной реакции заложник спокойно сидит, ничего не хочет делать. Активная реакция характеризуется судорожными размышлениями о мерах спасения - человек продумывает варианты, как сбежать, как установить связь со службами спасения. Вопрос о том, какое поведение лучше, - самая главная проблема для специалистов, которые тоже были на сеансе. Многие считают, что при пассивной реакции больше шансов сохранить жизнь, что при неумелых попытках самоспасения можно просто получить пулю от взбешенных захватчиков. Точку в этом споре удается поставить только в конце акции: если штурм окажется неудачным и заложники погибнут, может статься, что спасется лишь тот, кто с самого начала искал выход из ситуации.

Далее у тех, кто продолжает сидеть под надзором террористов, нарастают пассивные реакции - грусть, уныние, тоска, депрессия, которые могут смениться мгновенным взрывом активности. Один парень внезапно вскочил со своего места и побежал по креслам к проходу - что это как раз был взрыв такой активности. Его вызывают особые стрессовые биохимические изменения в мозгу. У человека возникает непереносимое ощущение в мышцах, психологи называют его “мышечная тоска” Оно сродни болям после тяжелой физической работы у непривычного к ней человека, только раз в сто сильнее. Во время затянувшегося пленения заложников охватывает сильная душевная тоска, появляется также ощущение общей тоски, разлитой в пространстве, в том помещении где находятся захваченные люди, У этого явления есть горькое, но очень точное определение - “тоска узника”.

Усугубляются душевные переживания физическими страданиями - людям не давали есть, пить. При стрессе физические лишения резко усиливаются. В принципе, человек, довольно долго способен переносить состояние душевного дискомфорта, но оно во много раз усугубляется во время голодания, обезвоживания, при пребываний в закрытом помещении.

Террористы запрещали заложникам ходить в туалет. Необходимость справлять нужду на глазах других людей - очень сильный стрессовый фактор для культурного человека.

Необходимость делать это в присутствии людей противоположного пола - тем более. Такая ситуация деморализует и угнетает пленников, оказывает на них морально-сексуальное давление, и террористы это понимали.
Кроме того, нельзя сбрасывать со счетов и такой мощный фактор физического воздействия, как запах и загрязнение воздуха. Испарения фекалий и мочевины - это вредные химические вещества, которые губительно действуют на организм.

Не исключено, что наряду с голодом и обезвоживанием отравление испарениями было еще одним дополнительным фактором, ослабившим людей.

У людей, попавших в заложники, отмечается психологический парадокс, который называется синдромом заложника чрезвычайных обстоятельств. У пленника возникает чувство «братства по крови» - своеобразного единения между захватчиком и жертвой, вызванного ощущением, что в случае штурма спецслужб они оба могут быть ранены или убиты. В психологии этот парадокс еще называют стокгольмским синдромом - по названию города, где впервые произошел захват заложников, после которого, если мне не изменяет память, террорист и его жертва поженились.

Заложников раздирают сложные чувства; они испытывают ощущение родственной близости к захватчику, но в то же время - страх и ненависть к нему. Известны случаи, когда заложники как бы против своей воли начинали помогать террористам, фактически становясь их соучастниками.

Противоречивость такого состояния жертв хорошо известна террористам. Руководитель захватчиков дает инструкции для боевиков, акцентирует внимание на том, что заложнику нельзя верить, даже если он готов сотрудничать с захватчиками, потому что практически всегда у жертвы сохраняется так называемое отщепленное чувство, которое заставляет его при первой же удобной возможности перекинуться на сторону освобождающей стороны.

Синдром заложников развивается не у всех захваченных, а только у 50-70 процентов из них.

Стокгольмский синдром - здесь действуют очень сложные и тонкие психологические законы. Отношения между захватчиком и пленным можно определить как отношение между строгим родителем и ребенком. “Ребенок” чувствует себя зависимым от “родителя” и вынужден подчиняться ему. В то же время от “родителя” исходит угроза; и жертва чувствует потребность в защите от нее. Но вокруг нет никого, кто мог бы защитить от этой угрозы, и заложник подсознательно обращается именно к тому от кого она исходит, то есть к террористу.

Схема “родитель - ребенок” отчасти объясняет то, что поведение заложников отличается некоторой неосознаваемой ими инфантильностью. Психика словно диктует им поведение, которое свойственно слабому человеку. Нов этом есть своя опасность. У представителей такого этноса, как чеченцы и другие горские народы, демонстрация слабости вызывает презрение и желание применить силу. Они уважают людей мужественных, даже если это их враги. Не показывать свои мужество и силу характера заложнику никак нельзя, потому что такое поведение вызывает у террориста желание подавить его, проявить ответную агрессию.

Когда среди собравшихся, кто-то начинал нервничать, плакать, к нему подходил психолог, ненавязчиво задавал вопросы, беседовал. Был применен и такой прием - людям, особенно пожилым, предлагали померить давление. Во-первых, это было необходимо для того, чтобы предотвратить физические недомогания. А во-вторых, такая процедура сама по себе успокаивает взволнованного человека, он видит, что о нем заботятся, его проблемой занимаются. В необходимых случаях врачи предлагали людям принять успокоительное.

Затем был штурм, с применением специальных газовых средств.

После освобождения, всех заложников ждет тяжелое возвращение к жизни.

Работа предстоит большая и продолжительная, тем более что пострадавшие подверглись не только стрессу, но и воздействию газа.

Действие примененного вещества напоминало действие опиатов, газового или хлороформенного наркоза. Каково его воздействие на нервную систему мне неизвестно.

Психологическая реабилитация любого заложника зависит от многих факторов - от того, насколько он был здоров раньше, какими были условия его содержания в плену, как тяжело он переносил обезвоживание, изоляцию. Обычно после освобождения пострадавшие делятся на две группы.

Одни считают, что происшедшее обогатило их полезным жизненным опытом. Они укрепляются духом, начинают живо осознавать смысл и цену жизни и ведут себя в дальнейшем, ценя значимость каждой минуты. Вторая категория людей - это те, для кого пребывание в плену стало тяжелейшей психологической травмой. Им обязательно нужна помощь специалистов. Критическим сроком считается первый месяц после освобождения, иногда тяжелое состояние длится до трех месяцев. А вообще индикатором для врачей является первый год. В этот период душевные переживания еще не считаются болезнью и поддаются коррекции.



Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4


База данных защищена авторским правом ©zodorov.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница