Биоэтика как культурный комплекс 24. 00. 01 теория и история культуры



страница1/3
Дата03.05.2016
Размер0.59 Mb.
Просмотров73
Скачиваний0
ТипАвтореферат диссертации
  1   2   3


На правах рукописи
Сергеева Надия Валерьевна


Биоэтика как культурный комплекс
24.00.01 – теория и история культуры

Автореферат

диссертации на соискание учёной степени

доктора философских наук

Волгоград 2010
Работа выполнена в государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Волгоградский государственный медицинский университет» Федерального агентства по здравоохранению и социальному развитию РФ
Научный консультант: Заслуженный деятель науки РФ,

доктор философских наук,

доктор юридических наук,

профессор



Седова Наталья Николаевна
Официальные оппоненты: доктор философских наук, профессор

Силуянова Ирина Васильевна


доктор философских наук, профессор

Омельченко Николай Викторович
доктор филологических наук, доцент

Жура Виктория Валентиновна
Ведущая организация: Пермская государственная медицинская академия
Защита состоится 11 декабря 2010 г. в ___ч.___мин. на заседании диссертационного совета ДМ 208.008.07 при Волгоградском государственном медицинском университете по адресу: 400131, г. Волгоград, пл. Павших Борцов, 1, ауд. 4-07.

С диссертацией можно ознакомиться в научно-фундаментальной библиотеке Волгоградского государственного медицинского университета.

Автореферат разослан «_____» ноября 2010 г.

Учёный секретарь

диссертационного совета

доцент Черёмушникова И.К.




ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Актуальность темы исследования. Возникновение биоэтики явилось естественной ответной реакцией на серьезные коллизии, произошедшие с человечеством к середине ХХ века, и, в первую очередь, на бурное развитие биомедицинских технологий. Аксиологическое сопровождение подобных серьезных новшеств, в корне меняющих отношение человека к миру и к самому себе, не успевает формироваться, порождая серьезные конфликты и проблемы, от решения которых зависит само существование человека как биологического вида. Гармония природы и культуры нарушается и требуются дополнительные усилия, чтобы восстановить равновесие. Результатом таких усилий в последней трети прошлого века и стало появление биоэтики как нормативной дисциплины, регулирующей нравственное отношение человека ко всему живому.

В это время были сформулированы основные принципы такого отношения, на основании этих принципов приняты международные документы по биоэтике (Хельсинская Декларация, Женевская Клятва врачей, Конвенция о правах человека и биомедицине и др.); начали создаваться специальные социальные субъекты биоэтической регуляции медицинской деятельности – независимые этические комитеты. К концу ХХ века сформировался институт консультантов в области биоэтики. Этические нормы были внесены во все медицинские документы и в ряд стандартов оказания медицинской помощи.

Однако целенаправленная институализация биоэтики именно как нормативной дисциплины постепенно элиминировала её общекультурное содержание. Основная цель – поддержание гармонии природы и культуры – постепенно выхолащивалась и подменялась операциональными процедурами решения частных проблем – клонирования, эвтаназии, трансплантологии, новых репродуктивных технологий и т.п. Принципы редуцировались в нормы, высшие ценности – доброта, справедливость, сопереживание, альтруизм – подменялись сводом правил, отступление от которых влекло за собой уже сугубо формальные санкции. К культурологическим основам биоэтики апеллировала, пожалуй, только теология, но сфера ее влияние на общественную жизнь в этих вопросах оказалась весьма ограниченной.

Результатом этого процесса стали серьезные затруднения в этическом осмыслении многих принципиальных вопросов, таких, как отношение к патернализму в медицине, смысл и понимание принципов уважения автономии пациента и принципа справедливости при оказании медицинской помощи и др. К тому же, несмотря на бурное развитие биоэтики, негативная тенденция медикализации культуры не только не замедлилась, но, по некоторым параметрам, стала превосходить «до-биоэтический» уровень. Постепенно биоэтика стала утрачивать сенситивную связь с общей теорией морали, диффундируя в сторону биополитики и биомедицинского права. Поэтому проблема концептуализации биоэтики как неотъемлемой части культуры является сегодня предельно актуальной.



Степень разработанности проблемы. Статус биоэтики как культурного феномена никем не отрицается, но никем и не изучается специально. Наиболее распространенным является определение биоэтики как биомедицнской этики или как модернизированной медицинской деонтологии современного общества, подверженного серьезному процессу медикализации. С этих позиций на Западе биоэтику трактовали в самом начале ее формирования. Тем не менее, подобный подход имеет место и сегодня (А. Иванюшкин, Е. Ярославцева), хотя, в основном, ему привержены исследователи-медики (А.Орлов, И. Шамов, Ю. Лопухин и др.). Здесь вся широта биоэтической проблематики сводится, в основном, к проблемам взаимоотношений диады «врач–пациент». Сходную позицию можно наблюдать и у части исследователей, занимающихся проблемами проведения клинических исследований (В. Багирова, А. Стефанов, А. Гончаров).

В США, где вопросами биоэтики стал заниматься лет на 15-20 раньше, чем в России, очень сильна тенденция сведения всего комплекса биоэтических проблем к решению частных случаев в практике, которые решаются, преимущественно с правовых позиций. (J. Rawls, D. Brock, J. Feinberg). Это полностью отвечает прагматистской методологии, господствующей в американской философии.

В российской практике, наоборот, четко осознается разница между биоэтикой и медицинским правом. Утверждается, что формализация биоэтических нормативов не может быть удачным решением проблем (Ю. Сергеев, В. Акопов, А. Мохов, А. Петров и др.), но какой подход данные авторы считают удачным, не выясняется.

Более широкое видение биоэтики предстает в работах Б. Юдина, Н. Седовой, П. Тищенко, которые рассматривают ее с точки зрения нормативной регуляции. В этих работах биоэтика обозначается как наука и сфера практической деятельности, четко аргументируется несостоятельность одностороннего западного подхода, пытающегося свести биоэтику к частным проблемам, подменяя ее медицинским правом или правом вообще.

Тем не менее, консервативное направление биоэтики достаточно сильно и в западной науке, и в российской. На Западе консервативные позиции обозначены официальной церковью лишь на основании религиозных догматов (к примеру, жесткие позиции Ватикана по отношению к ряду новых биомедицинских технологий), в России они научно обосновываются (в частности, в работах И. Сиуяновой, И. Серовой). В Европе и США мы можем наблюдать достаточно резкое расхождение между собой консервативного и либерального направления (вспомнить, хотя бы, отношение к проблемам аборта!). В России же острые дискуссии, практически не ведутся, большинство авторов занимает среднюю позицию между консерватизмом и либерализмом. Это можно объяснить попыткой адаптировать западные образцы биоэтики к национальным традициям нравственного сознания. Попытка тщетная, поэтому и результат отличается неопределенностью.

В западной литературе мы находим и перспективные попытки рассматривать биоэтику с культурологических позиций. Здесь мы встречаем понятия «нарративная биоэтика», «литературная биоэтика» (Р. Ricceur, W. Schapp, C. Taylor), где акцент делается на описании, опять-таки, частных случаев. К сожалению, исходный гуманистический посыл растворяется в детализации анализа самих этих текстов, более того, предмет анализа – литературные тексты – зачастую подменяется «рассказами» пациента и …историями болезней.

С культурологических позиций пытаются взглянуть на биоэтические проблемы и D. Swazey, М. Nussbaum, А. Kleinman. В их исследованиях уделяется внимание тому, как культурные особенности влияют на принятие решений в медицине. Выявить не только культурные, но и исторические корни по отношению к новым биоэтическим проблемам пытается и А. Jonsen, но понимание сути биоэтики в западной культурологии сводится к трактовке ее как этики биомедицинских исследований. В целом, современная западная философия культуры пока не предложила концептуального объяснения биоэтики как особой системы ценностей.

Обращение к теории культуры как методологии биоэтики предпринималось только Б. Юдиным и И. Силуяновой.

Но концептуальное осмысление феномена биоэтики в культурологическом поле не предпринималось.

Цель исследования – предложить концепцию биоэтики как культурного комплекса, который имеет свои собственные основания в философии культуры и свои особенности развития, определяемые культурно-историческими событиями.

Данная цель реализуется решением следующих исследовательских задач:

- определить статус биоэтики в контексте теории морали и показать особенности формирования ее предметного поля;

- описать специфику биоэтики как культурного комплекса и провести компарацию с комплементарными ей культурными комплексами;

- выяснить соотношение биоэтики как культурного комплекса и медицины как культурной конфигурации;

- проследить трансформацию взглядов на биоэтику в западной теории культуры;

- доказать интернальность биоэтики русской культурной традиции на материале классической литературы и отечественной философии культуры;

- эксплицировать влияние национальных особенностей отечественной медицины на формирование биоэтики как культурного комплекса.



Объект исследования – биоэтика в системе культуры.

Предмет исследования – статус биоэтики как культурного комплекса.

Гипотеза исследования. Биоэтика возникает как составная часть теории морали. Являясь целевым регулятором нравственного отношения к живому, она структурируется как социальный институт, обслуживающий интересы медицины и здравоохранения. В результате деонтологическая составляющая в ней становится доминирующей, а аксиологическая утрачивает свое ценностнообразующее значение. Разработка принципов нравственного отношения к живому постепенно уступает место формализованному регулированию поведения людей в данной сфере, элиминируя собственно этическое содержание. Философско-этическое содержание вытесняется описанием нормативно-оценочных процедур, литературно-эстетические истоки биоэтических сентенций воспринимаются как предпосылка нарративной биоэтики, художественные оппозиции жизни и смерти подменяются комментариями к историям болезни. Это приводит к тому, что биоэтика утрачивает функцию нравственного фильтра и интериоризирует функцию апологии медикализации культуры. Препятствовать дегуманизации биоэтики можно, вернув ей предписанную роль феномена культуры. В этом случае статус биоэтики как культурного комплекса в наибольшей степени удовлетворяет потребностям общества в ее гармоничном развитии, позволяет сохранять интенциональную связь биоэтики с общечеловеческими ценностями культуры в контексте ее национальных особенностей.

Методологическая база исследования. Исследование проводилось в методологическом поле теории и истории культуры. Диссертант опирался на интеллектуальные достижения философской антропологии, русской философии культуры, основные положения теории морали, принципы биоэтики. В работе обсуждалась применимость методов прагматизма и постмодернизма к оценке биоэтики как феномена культуры, но они были признаны неэвристичными для достижения целей исследования. Диссертант также анализировал методы современной теологии, применив некоторые из них к анализу православной биоэтики.

В исследовании описан и применен новый метод аксиологической дескрипции, разработанный автором на основе анализа биоэтических кейс-комментариев.

В работе использованы общенаучные методы – системный анализ, герменевтический анализ, структурно-функциональный подход.

Научная новизна исследования состоит в разработке концепции биоэтики как культурного комплекса, интенционально связанного с культурной конфигурацией медицины, обнаружении культурно-исторических истоков биоэтики и экспликации ее национальных особенностей.

Диссертант показал, что биоэтика не является простым переходом от корпоративной регуляции поведения и отношений в сфере охраны здоровья (медицинская этика) к регуляции на уровне общества в целом. Она является новым этапом в развитии общей теории морали. Медицинская этика всегда была частью культуры, но – обособленной, как всякая корпоративная мораль. Поэтому ее связь со структурой морали не актуализировалась. Экспликация структуры морали в приложении к медицинской этике стала возможной только с появлением биоэтики как своеобразного транслятора этических принципов в область медицины

Диссертант обосновал положение о том, что биоэтика, как культурный комплекс, имеет не только «научную», но и реальную историю. Развиваясь, прежде всего, в координации с медициной, она не может не повторять ее историю. Это обусловливает наличие культурно-исторических особенностей становления биоэтики, детерминированных национальными моделями медицины и здравоохранения.

В диссертации доказано, что медицина как культурная конфигурация, связана с различными культурными комплексами, проблемное поле биоэтики не просто комплементарно их проблемному полю, оно подвергается активной экспансии предлагаемых ими методов и ориентаций. Полезное взаимодействие часто трансформируется в зависимость и соподчиненность, что негативно сказывается именно на аксиологической составляющей биоэтики.

Диссертант разрешил проблему неопределенности интеллектуального статуса биоэтики, связанную с уникальным соотношением знаний и оценок, когда научная истина формулируется как поведенческая норма, а также с особым, неформализируемым способом доказывания основных положений, - аксиологической дескрипцией. Неопределенность снимается, если отказаться от причисления биоэтики к какому-либо классу наук, философских школ, моральных или правовых систем, а рассматривать ее как феномен культуры, обладающий самостоятельностью и, одновременно, интегрирующий все те культурные интенции, которые имеют отношение к жизни как ценности. В таком контексте типичные биоэтические проблемы (вопросы клонирования, эвтаназии, расширения медикализации, экстракорпорального оплодотворения, трансплантологии, клинических испытаний на человеке и т.д.) могут найти свое решение в соотнесении с культурными традициями, культурным опытом, культурными стереотипами и ожиданиями.

Диссертант пришел к выводу, что отечественная теория культуры никогда не занималась специально исследованием проблем биоэтики, поскольку предмет ее интереса – добро, зло, свобода, совесть – поглощали данную тематику. Решение вопросов нравственного отношение к жизни, смерти, здоровью находилось в русле философского дискурса о свободе, целостности личности и ее духовности. Но именно такой подход способен сохранить аксиологический потенциал современной биоэтики.



Научная новизна исследования отражена в положениях, выносимых на защиту:

  1. Широкую совокупность предметов, учреждений, представлений, идей, образцов поведения, функционально связанных с определенным элементом, принято называть культурным комплексом. Культурные комплексы создают характерный облик обществ; появление или отсутствие этих комплексов говорит о степени общественного развития. В каждой сфере культурной деятельности общности можно выделить характерные комплексы: в медицине и здравоохранении таким культурным комплексом выступает биоэтика.

  2. Ряд культурных комплексов может включаться в более широкие целостности, называемые культурными конфигурациями. Антропологический подход позволяет определить структурно-функциональную и содержательную связь биоэтики как культурного комплекса с существующими в обществе культурными конфигурациями. Главной из них является медицина, поэтому возникла тенденция дифференциации биоэтики и биомедицинской этики. Но в культурологическом плане такая дифференциация может элиминировать общечеловеческое содержание этического образа медицины, поэтому статусом культурного комплекса обладает только биоэтика.

  3. Современный процесс медикализации существенно расширил и изменил медицину. Закономерностью структурирования медицины как культурной конфигурации является возникновение биоэтики, которую можно охарактеризовать как новый культурный комплекс, представляющий широкую совокупность предметов, учреждений, представлений, идей, образцов поведения, функционально связанных с определенным элементом – нравственным отношением к живому.

  4. К биоэтике обращаются тогда, когда возникают риски для здоровья, связанные с деятельностью индивида, социальных агентов, общественных институтов. Цель биоэтики – показать пути, ведущие к минимизации данных рисков. Возможность средствами культуры предотвратить физиологическую деструкцию основана на бисубстанциональной природе человека, поэтому биоэтика как один из способов сохранения человеческой природы средствами культуры, отвечает требованиям современного культурного комплекса.

  5. Западные исследователи в целом признают биоэтику составной частью культуры и считают необходимым рассматривать ее именно с культурологических позиций, хотя понимание сути биоэтики, в конечном счете, сводят к ее трактовке как этики биомедицинских исследований. Это достаточно узкое понимание, поскольку свобода выбора в этике биомедицинских исследований всегда ограничена соотнесением с указанными областями человеческого знания и деятельности, а как биоэтика как часть культуры строится, наоборот, на проблеме постоянного нравственного выбора, определяемого духовной зрелостью и культурной традицией.

  6. Биоэтика выступает как некий «культурный фильтр», не только приписывая определенную ценность той или иной проблеме, связанной с жизнью и здоровьем, но и передавая некультурологические проблемы смежным дисциплинам для дальнейшей разработки. Эта функция позволяет биоэтике сохранять статус а) культурологической дисциплины и б) самостоятельного культурного комплекса.

  7. Биоэтика комплементарна ряду культурных комплексов:

  • Биополитике. Проблема качества жизни, оцененная биоэтикой не как культурологическая, а как медико-социальная, становится предметом интереса биополитики.

  • Биомедицинскому праву. Принципы биоэтики имеют тенденцию интегрировать в нормы закона, но в разной степени.

  • Религии. Проблемы биоэтики весьма актуальны для религиозной культуры, но их генезис связан не с зарождением и развитием самой биоэтики, а исключительно с историей религиозной морали.

  • Философии. Собственно философским смыслом обладает только теоретическая биоэтика, но она отстает в своем развитии от практической и прикладной, что может привести к дефрагментации дисциплины в целом и потере ею своего культурологического статуса.

      1. Биоэтика как культурный комплекс характеризуется внутренней неоднородностью, которая интенционально связана не с целями-ценностями, а с механизмом их трансляции. С одной стороны, биоэтика представляет собой апологию нравственного отношения к таким ценностям как жизнь, смерть, здоровье и, соответственно, призвана разрабатывать аксиологический аппарат их осмысления и интериоризации – через философию и теорию культуры, через образование, просвещение и воспитание. С другой стороны, практическая биоэтика суть нормотворчество, а оно предполагает создание системы экспертизы, контроля, санкций. Обе эти составляющие культурного комплекса только во взаимодействии обеспечивают его существование.

      2. Современная западная философия культуры пока не предложила концептуального объяснения биоэтики как особой системы ценностей. Попытка сделать это путем применения постмодернистской методологии приводит к тому, что, начиная с культурологически обоснованного анализа литературной этики, западные исследователи переходят к нарративной биоэтике, а от нее – к этике нормативной, которая мало отличима от медицинского права. Конкретизация описаний и их детализация в интересах нормотворчества, элиминирует свободу выбора, без которой этика перестает быть теорией морали. Позитивизм, прагматизм и постмодернизм в попытках конструирования биоэтики приходят к одному и тому же результату – к ее деаксиологизации.

      3. Формирование принципов биоэтики, всей ее ценностной системы началось задолго до того, как эти принципы были востребованы наукой. Это ценностное структурирование имело сугубо культурологическую природу и наиболее полно находило свое отражение в художественной литературе. Но уже здесь обнаруживаются два направления генезиса биоэтики как культурного комплекса – западное и отечественное.

      4. Биоэтика является самостоятельной частью культуры, она имеет свои собственные основания в философии культуры и свои особенности развития, определяемые культурно-историческими событиями. Поэтому научный инвариант биоэтики функционально всегда выступает в виде культурной рефлексии национальной модели медицины. С другой стороны, биоэтическая нормативная регуляция позволяет адаптировать национальные стандарты медицины как культурной конфигурации к интернациональным требованиям.

Теоретическая и практическая значимость исследования состоит в концептуальном обосновании статуса биоэтики как культурного комплекса, имманентно связанного с культурной конфигурацией медицины и имеющего выраженную национальную специфику. Теоретически значимым является обоснование методологической роли русской философии культуры для развития биоэтики. Теоретико-смысловую нагрузку несет и вывод о комплементарности биоэтики, биополитики, биомедицинского права и философии медицины как культурных комплексов. Все это позволяет разработать и реализовать научную программу развития отечественной биоэтики как нравственного регулятора развития медицины, здравоохранения, внедрения новых биотехнологий.


Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3


База данных защищена авторским правом ©zodorov.ru 2017
обратиться к администрации

войти | регистрация
    Главная страница


загрузить материал