Материалы XV международной конференции «репродуктивные технологии сегодня и завтра» Чебоксары, 8-10 сентября 2005 года


Литвиненко В.М., Иванов М.А., Гордеева В.Л., Митюшина Н.Г., Залетаев Д.В., Торганова И.Г



Скачать 468.5 Kb.
страница7/10
Дата23.04.2016
Размер468.5 Kb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

Литвиненко В.М., Иванов М.А., Гордеева В.Л., Митюшина Н.Г., Залетаев Д.В., Торганова И.Г.


НИИ Молекулярной медицины, Московская медицинская академия им. И.М.Сеченова

ГУ Медико-генетический научный центр РАМН, Клиника акушерства и гинекологии, отделение ВРТ, Московская медицинская академия им. И.М. Сеченова.


На сегодняшний день проведение преимплантационной генетической диагностики (ПГД) представляется необходимым, и, хотя остаются неразрешенными еще довольно важные, связанные с этим вопросы, для многих центров, занимающихся экстракорпоральным оплодотворением (ЭКО), организация лаборатории ПГД - лишь вопрос времени. В связи с этим возникает вопрос выбора методики определения генетической патологии. Нами разработана модификация метода количественной флуоресцентной мультилокусной ПЦР (КФ-ПЦР) для выявления анеуплоидий 13, 18, 21 и половых хромосом на материале одной клетки. При успешном внедрении этот метод позволит проводить как скрининг распространенных анеуплоидий и определение пола эмбрионов, так и диагностику моногенных болезней и HLA-типирование

Материалы и методы: Исследовано 56 бластомеров от51 эмбриона 17 пациенток. Для стимуляции суперовуляции использовали как длинный, так и короткий протоколы. Биопсию бластомеров проводили по стандартной методике, делая отверстие в блестящей оболочке механически, либо с помощью лазера. Затем бластомер помещали в пробирку с лизирующим раствором, в которой, после соответствующей подготовки проводили ПЦР. Анализ продуктов ПЦР с олигонуклеотидных праймеров, коньюгированных с флуоресцентными красителями, осуществлялся на автоматическом генетическом анализаторе ABI PRISM 3100 по протоколам фирмы Applied Biosystems.

Результаты: На доклиническом этапе нами была показана абсолютная идентичность данных, полученных при использовании КФ-ПЦР и классических методов. Эффективность ПЦР составила 96% (54/56), что сопоставимо с данными зарубежных авторов. По результатам КФ-ПЦР в 3 клетках была выявлена трисомия половых хромосом (XXY), в 3 бластомерах - трисомия 21 хромосомы. Во всех случаях обнаружения патологии диагноз подтвердился. 36 эмбрионов было перенесено в полость матки пациенток, после чего у 4 из них наступила беременность, что составило 23.5%.

Обсуждение: Показана возможность клинического применения модифицированной КФ-ПЦР для диагностики распространенных анеуплоидий.

О ВОЗМОЖНОСТИ Преимплантационной экспресс-диагностики распространенных анеуплоидий на основе количественной флуоресцентной мультилокусной ПЦР.

Иванов М.А., Литвиненко В.М., Ищенко А.И., Торганова И.Г., Гордеева В.Л., Морозова А.В., Митюшина Н.Г.


НИИ Молекулярной медицины, Московская медицинская академия им. И.М.Сеченова

ГУ Медико-генетический научный центр РАМН, Клиника акушерства и гинекологии, отделение ВРТ, Московская медицинская академия им. И.М. Сеченова.


В последнее время вспомогательные репродуктивные технологии получили широкое распространение во всем мире, в том числе и в России. В связи с этим возникла потребность в оценке важнейших генетических параметров эмбрионов еще до их имплантации в полость матки. Нами разработана модификация метода количественной флуоресцентной мультилокусной ПЦР (КФ-ПЦР) для выявления анеуплоидий 13, 18, 21 и половых хромосом на материале одной клетки.

Материалы и методы: Исследовано 30 единичных бластомеров, полученных в результате ИКСИ, в качестве контроля использовались 4 образца периферической крови новорожденных с клиническим диагнозом «синдром Дауна» и по 2 образца периферической крови новорожденных с клиническими диагнозами «синдром Патау» и «синдром Эдвардса» и 10 образцов крови пациентов, поступивших в лабораторию с диагнозами других форм генетической патологии. Верификация диагноза для образцов периферической крови проводилась стандартными цитогенетическими методами. Подготовку клеток к полимеразной цепной реакции (ПЦР) проводили путем их лизиса в буфере, содержащем протеиназу К. Анализ продуктов ПЦР с олигонуклеотидных праймеров, коньюгированных с флуоресцентными красителями, осуществлялся на автоматическом генетическом анализаторе ABI PRISM 3100 по протоколам фирмы Applied Biosystems.

Результаты: Исследование 18 контрольных постнатальных образцов ДНК показало абсолютную сходимость результатов количественной флуоресцентной ПЦР и стандартного цитогенетического исследования. Эффективность ПЦР с отдельных бластомеров составила 87% (26/30), что сопоставимо с данными зарубежных авторов. Количественный анализ продуктов ПЦР с бластомеров трехпронуклеарных зигот подтвердил наличие анеуплоидий половых хромосом (XXY) и 13, 18 и 21 хромосом по всем информативным маркерам.

Обсуждение: В целом, на примере 48 образцов периферической крови и отдельных бластомеров, показана возможность проведения преимплантационной диагностики распространенных анеуплоидий на основе модифицированной КФ-ПЦР, позволяющей получить результаты анализа в течение 8 часов, не прибегая к использованию более дорогостоящей и трудоемкой технологии флуоресцентной гибридизации in situ (FISH).
ЭПИГЕНЕТИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ РИСКА ВСПОМОГАТЕЛЬНЫХ

РЕПРОДУКТИВНЫХ ТЕХНОЛОГИЙ
И.Н. Лебедев1, Е.Н. Толмачева1, Е.А. Саженова1, А.В. Светлаков2

1 – ГУ НИИ медицинской генетики ТНЦ СО РАМН, г. Томск; 2 – ООО «Центр репродуктивной медицины», г. Красноярск.
Ранние этапы эмбрионального развития человека характеризуются фундаментальными процессами эпигенетического репрограммирования генома, в основе которых лежат последовательные события глобального деметилирования и реметилирования ДНК. Биологическая значимость этих процессов заключается в детерминации онтогенетических и тканеспецифичных профилей экспрессии генов без изменения их нуклеотидной последовательности. Вспомогательные репродуктивные технологии во временном аспекте пересекаются с событиями эпигенетического репрограммирования и потенциально могут оказывать негативное влияние на их протекание. Ряд сообщений свидетельствует о рождении детей с синдромами Видеманна-Беквита (DeBaun et al., 2003; Gicquel et al., 2003; Maher et al., 2003; Halliday et al., 2004) и Энгельмана (Cox et al., 2002; Orstavik et al., 2003) после осуществления процедур IVF или ICSI. Во всех случаях причиной развития заболеваний явилось нарушение статуса метилирования импринтированных генов на этапах дробления. Не исключено, что этот эффект обусловлен неспособностью искусственных сред для культивирования зародышей in vitro поддерживать процессы эпигенетической регуляции экспрессии генов, важных для роста и дифференцировки. Кроме импринтированных локусов, под эпигенетическим контролем находится и значительное число генов, вовлеченных в регуляцию стабильности генома на уровне репарации ДНК и контроля клеточного цикла. Вполне возможно, что эпигенетическая инактивация этих механизмов может объяснять высокий уровень хромосомных аномалий, которые регистрируются на ранних этапах эмбрионального развития человека и являются доминирующим фактором пренатального отбора, снижающего, в том числе, и успех вспомогательных репродуктивных технологий. С целью проверки этой гипотезы нами проводится анализ статуса метилирования ряда генов контроля клеточного цикла у внутриутробно погибших эмбрионов с мозаичными формами хромосомного дисбаланса. Данное исследование поддержано грантом РФФИ № 05-04-48129.
РОЛЬ ГЕНЕТИЧЕСКИХ ФАКТОРОВ В СЛУЧАЯХ ПРИВЫЧНОГО НЕВЫНАШИВАНИЯ БЕРЕМЕННОСТИ
Махалова Н.А., Новосельцева А.В., Маркова Е.В., Полстяная Г.Н.

Центр репродуктивной медицины, г. Красноярск


Одной из наиболее частых акушерских патологий является невынашивание беременности, частота которого в г. Красноярске составляет 23%. Среди генетических факторов невынашивания беременности, важное значение имеют нарушения фолатного цикла и системы гемостаза. Эти мутации в различных сочетаниях друг с другом, а также дополнительными факторами значительно повышают риск развития нарушений плацентарного кровообращения и развитие тромбофилических состояний. Невынашивание беременности ассоциируют также с генетическими дефектами интегринов и ферментов детоксикации ксенобиотиков.

Целью нашей работы стало определение частоты встречаемости генов невынашивания в ассоциации с привычным прерыванием беременности.

В Центре репродуктивной медицины г. Красноярска на генетические маркеры невынашивания обследовано 18 женщин (от 23 до 43 лет), из которых у 28% было три и более прерывания беременности. Преждевременные роды выявлены в 3-х случаях, что составило 16,7%, прерывание беременности в I триместре у 7-ми, во II триместре у 4-х человек. У девяти женщин диагностированы замершие беременности. В двух случаях течение беременности осложнилось ранним началом позднего гестоза. Экстрагенитальная патология у двух женщин (гипертоническая болезнь I-II ст. и ожирение I-II ст.). Контрольную группу составили 16 здоровых женщин (от 24 до 31 года), имеющих повторные беременности с неосложненным течением. Для проведения молекулярно-генетического исследования производили выделение ДНК из цельной крови, стабилизированной ЭДТА. С использованием ПЦР и ПДРФ-анализа (полиморфизм длин рестрикционных фрагментов) исследовали мутации C677Т гена метилентетрагидрофолат редуктазы (MTHFR), G20210A гена протромбина (FII), Т1565C гликопротеина IIIa (GpIIIa). Делеционный полиморфизм генов глутатион-S-трансферазы M1 и T1 (GSTM1 и GSTT1) исследовали с мультиплексной ПЦР.

Выявлено, что частота гетерозиготных генотипов по исследованным мутациям генов MTHFR и GpIIIa достаточно высока как в контрольной (63,6% и 18,18% соответственно), так и в группе женщин с невынашиванием (31,25% и 18,75% соответственно). В то же время гомозиготный вариант по мутантному аллелю MTHFR, сопровождающийся существенным снижением ферментативной активности, в контрольной группе не встречается, но выявлен в 2-х случаях прерывания беременности во II триместре, в одном случае при гестозе. Обе пациентки также имели делеционный вариант GSTM1-гена.

Гомозиготные варианты мутантных аллелей GpIIIa обнаружены в в 2-х (18%) случаях контрольной группы и не выявлены среди пациенток с невынашиванием. Такие данные свидетельствует об отсутствии значимой ассоциации данного генотипа с невынашиванием. Частота делеционных вариантов GSTM1 и выявлена у 61% и 22% пациенток исследуемой группы, против 50% и 14% (2=4,43; р<0,05 для GSTT1) контрольной. Мутаций гена протромбина не выявлено ни в контрольной группе, ни среди пациенток с невынашиванием беременности.


РОЛЬ МОЛЕКУЛЯРНО-ГЕНЕТИЧЕСКОЙ ДИАГНОСТИКИ ПРИ БЕСПЛОДИИ
Серебренникова О.А., Маркова Е.В., Зотова Н.В., Ушакова Н.В., Зайцева Т.А.

Центр репродуктивной медицины, г. Красноярск

Генетическая диагностика все более широко используется в практике работы репродуктивных центров, позволяя не только выявить генетическую этиологию мужского и женского бесплодия, но и решить задачу рождения здорового ребенка. Микроделеции Y-хромосомы и мутации гена трансмембранного регулятора муковисцидоза (CFTR) могут являться причиной патоспермии (Гоголевский, Гоголевская, 2005; Dohle et al, 2002; Layman 2002).

За период с сентября 2004 г по февраль 2005 г в Красноярском Центре репродуктивной медицины молекулярно-генетическая диагностика проведена 124 мужчинам в возрасте 22-45 лет, обследующихся по бесплодию. Анализ мутаций в гене CFTR проводили при любых вариантах нарушения сперматогенеза. В случаях азооспермии и олигозооспермии проводился анализ микроделеций Y-хромосомы. Анализ мутаций CFTR-гена проводился также в группе планируемых доноров сперматозоидов (20 человек).

Для молекулярно-генетических исследований осуществляли выделение геномной ДНК из цельной крови, стабилизированной ЭДТА с использованием набора «ДНК-сорб В» («НИИ эпидемиологии»). ПЦР-анализ 8-ми мутаций CFTR-гена (del21kb, delF508, delI507, 1677delTA, 2143delT, 2184insA, 394delTT, 3821delT) осуществляли с использованием набора «СF8» («ДНК-лаборатория», г. Москва). ПЦР-анализ микроделеций Y-хромосомы проводили с использованием набора «AZF» («ДНК-лаборатория», г. Москва), в составе которого анализировались AZFa, AZFb, и AZFc-локусы, а также SRY и ZFY (в качестве внутреннего контроля). Анализ дублировали ПЦР-исследованием AZFc-локуса по методике S.L. SãoPedro et al. (2003). Результаты визуализировали электрофоретически в 7%-ном полиакриламидном геле, который окрашивали бромистым этидием и просматривали в проходящем ультрафиолете.

В ходе исследования CFTR выявлено только два типа мутаций - delF508 и del21kb, которые в России являются доминирующими мутациями (Капранов с соавт., 2004). Мутации в гетерозиготе выявлены у 3-х из 79 обследованных с патоспермией (1:26): delF508/- (в 2-х случаях) и del21/kb-. В группе планируемых доноров спермы мутации CFTR-гена не обнаружены. Пациенты, с выявленными мутациями характеризовались нормальными количественными показателями при сниженном проценте прогрессивно-подвижной фракции сперматозоидов. Преодолевая бесплодие методами вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ), необходимо учитывать, что генетический риск рождения ребенка с муковисцидозом для бесплодных супружеских пар выше общепопуляционного, но алгоритм его подсчета пока дискуссионен. Идеальным является скрининг обоих партнеров. При выявлении мутации у обоих супругов риск рождения больного ребенка максимален.

Микроделеции AZFc-локуса выявлены у 5 из 95 обследованных с различными проявлениями патоспермии, что составило 5,3%. В группе пациентов с азооспермией и тяжелой олигозооспермией (концентрации сперматозоидов 5 млн/мл и менее) этот показатель составил 10,6%. Микроделеций других локусов обнаружено не было. У пациентов с микроделециями в большинстве случаев тяжелая патоспермия сочеталась с повышением уровня ФСГ. Выполненная биопсия ткани яичка у двух пациентов с единичными эякуляторными сперматозоидами выявила различную гистологическую картину: блок созревания сперматозоидов – в одном случае и наличие клеток сперматогенеза и зрелых сперматозоидов в другом. Выявление AZFc-микроделеций у пациентов, планирующих лечение методом ИКСИ, позволяет предотвратить передачу дефекта по наследству от отца к сыну с применением метода преимплантационной генетической диагностики (PGD) или при использовании донации сперматозоидов. Выявление микроделеций в локусах a, b позволяет пациенту избежать хирургического вмешательства и необоснованного консервативного лечения.

ЭНДОКРИНОЛОГИЯ



ПРИМЕНЕНИЕ БУСЕРЕЛИНА-ДЕПО В ЛЕЧЕНИИ БЕСПЛОДИЯ У ЖЕНЩИН С НАРУЖНЫМ ГЕНИТАЛЬНЫМ ЭНДОМЕТРИОЗОМ (НГЭ) И СИНДРОМОМ ПОЛИКИСТОЗНЫХ ЯИЧНИКОВ (СПКЯ)
Назаренко Т.А., Перминова С.Г., Дуринян Э.Р., Чечурова Т.Н.

Научный Центр акушерства, гинекологии и перинатологии РАМН, Москва


С появлением синтетических агонистов гонадотропин-рилизинг гормона (а-ГнРГ) стало возможным осуществлять быстрое и эффективное воздействие на гипоталамо-гипофизарно-яичниковую систему (ГГЯС), заключающееся в подавлении ее активности, что позволило успешно лечить гормонально-зависимые гинекологические заболевания и связанное с ними бесплодие. Известно, что эндометриоз и СПКЯ занимают значительную долю в структуре гинекологической заболеваемости и женского бесплодия. Эндометриоз чаще всего развивается на фоне гиперэстрогении и гипергонадотропизма. СПКЯ характеризуется наличием асинхронных высокоамплитудных выбросов гонадотропинов, особенно ЛГ, что существенно затрудняет лечение бесплодия у этих больных, приводя к появлению преждевременных «паразитарных» пиков ЛГ в процессе индукции овуляции. Таким образом, применение а-ГнРГ при эндометриозе и СПКЯ патогенетически обосновано.

Одним из препаратов группы синтетических а-ГнРГ является бусерелин – депо 3,75 мг, производства ЗАО "Фарм-Синтез" (Россия).

Целью нашего исследования явилось изучение эффективности бусерелина-депо при лечении бесплодия, обусловленного СПКЯ и НГЭ.

Мы наблюдали 31 женщину с СПКЯ в возрасте 32+1,4 лет с неэффективными циклами индукции овуляции менопаузальными гонадотропинами (ЧМГ) или рекомбинантным ФСГ (рФСГ) в анамнезе. Все пациентки характеризовались высоким уровнем ЛГ (>15 МЕ/л), что явилось основанием для использования бусерелина-депо с целью десенситизации гипофиза и блокады ГГЯС при подготовке к стимуляции овуляции: 11 пациенток ( 1-я группа) получали 1 инъекцию бусерелина-депо, 20 (2-я группа)– 3 инъекции с последующей индукцией овуляции ЧМГ. У женщин 1-й группы на 9-11-й день индуцированного цикла уровни ЛГ составили 10+2,6 МЕ/л; у пациенток 2-й группы – 2,6+0,3 МЕ/л, что свидетельствовало о более адекватной десенситизации гипофиза и блокаде ГГЯС после 3 месяцев применения бусерелина-депо. Эффективность лечения бесплодия составила 18% и 30% беременностей на женщину соответственно.

Под наблюдением также находились 35 женщин с бесплодием, обусловленным НГЭ 3-4 степени, верифицированным с помощью лапароскопии: 17 – в возрасте 26+2,3 лет ( 1-я группа) и 18 – 37+1,8 лет( 2-я группа). Все женщины после лапароскопии получали бусерелин-депо в течение 6 месяцев. После окончания лечения в течение 6-12 месяцев у 8 женщин 1-й группы (47%) наступила спонтанная беременность; оставшимся 9 пациенткам проведена индукция овуляции ЧМГ или рФСГ, в результате чего у 5 из них (55%) наступила беременность. Всем женщинам 2-й группы на фоне медикаментозной аменореи проведена индукция овуляции ЧМГ и рФСГ, в результате чего у 4 из них (22%) наступила беременность. Оставшимся 4 пациенткам 1-й группы и 14 – 2-й группы было рекомендовано применение методов вспомогательных репродуктивных технологий.

Таким образом, использование бусерелина-депо в комплексном лечении бесплодия у пациенток с НГЭ и СПКЯ является перспективным и позволяет повысить его эффективность. У молодых женщин применение бусерелина-депо в течение 6 месяцев после оперативного лечения эндометриоза служит самостоятельным методом подготовки к беременности; у женщин старшего возраста - является неотъемлемым этапом перед индукцией овуляции. У пациенток с СПКЯ и высокими уровнями ЛГ необходима предварительная десенситизация гипофиза и блокада ГГЯС длительным ( не менее 3 месяцев) назначением бусерелина-депо для повышения эффективности последующей стимуляции овуляции.

Отечественный препарат бусерелин-депо, не уступая по эффективности зарубежным

а-ГнРГ, выгодно отличается от них более доступной ценой, что делает его оптимальным для лечения бесплодия.


Могут ли ингибиторы ароматазы стать новым средством стимуляции функции яичников при СПКЯ?
Дмитриев Д.В., Назаренко Т.А., Фанченко Н.Д.

ГУ НЦ АГиП РАМН, г. Москва.


Ингибиторы ароматазы, являясь антиэстрогенными препаратами, способны инициировать секрецию гипофизом ФСГ, который, в свою очередь, стимулирует фолликулогенез в яичниках. эти препараты по механизму действия являются непрямыми индукторами, подобными кломифена цитрату (КЦ). Цель работы заключалась в изучении характера воздействия ингибитора ароматазы – анастрозола (препарат аримидекс) на функцию яичников у пациенток с СПКЯ.

Материал и методы. Препарат аримидекс получали 30 женщин с СПКЯ (I группа) в возрасте от 20 до 35 лет (средний возраст 27±7,4 г.), имеющих олигоменорею, ановуляцию, бесплодие, уровень ЛГ от 8 до 20 МЕ/л (13,76,4 МЕ/л), тестостерон (Т) от 2,4 до 3,2 пмоль/л (2,71,8 пмоль/л), Е2 - 11021,1 пмоль/л, объём яичников 9,82,3 см3, число антральных фолликулов в каждом яичнике 9,33,1. ожирение зарегистрировано у 16% пациенток, инсулинрезистентность у 19%. Аримидекс назначали с 3 по 7 день МПР в дозе 2 мг/сут. На 9, 11 и 13-14 дни проводили УЗ и гормональный мониторинг, определяя уровень Е2, число и размеры фолликулов, толщину эндометрия. Контрольную группу составили 30 пациенток с СПКЯ (II группа), достоверно не различающихся по клиническим и лабораторным характеристикам, которым был назначен КЦ в дозе 100 мг/сут с 3 по 7 день цикла. Мониторирование цикла осуществляли по тем же принципам, что и в I группе. При наличии доминантных фолликулов/фолликула 17-19 мм пациенткам обеих групп вводили ХГ в дозе 10000 ЕД, в ЛФ назначали утрожестан 300-400 мг/сут, беременность определяли по концентрации -ХГ и наличию плодного яйца в полости матки.

Результаты. В I группе положительная реакция на введение аримидекса зарегистрирована у 16 пациенток (53,3%), что выражалось в увеличении уровня Е2 на 9 день цикла - 28027,2 пмоль/л (исходный уровень 110,821,1 пмоль/л), 11 день - 63018,9 пмоль/л, 14 день – 970±21,3 пмоль/л. число растущих и доминантных фолликулов составило: 9 день – 4 ф. по 13-15 мм, 11 день – 2 ф. 14-15 мм, 1 ф. 16 мм, 14 день – 2 ф. 17-19 мм. Толщина эндометрия: 9 день – 4-5 мм, 11 день – 6-7 мм, 14 день – 9-12 мм. На 14 день цикла введена овуляторная доза ХГ. Частота наступления беременности составила 16,2% (3 женщины). КЦ чувствительными были 18 пациенток II группы (60%). Мониторирование фолликулогенеза зарегистрировало следующие показатели: 9 день – Е2 - 42019,2 пмоль/л (исходный уровень 12012,8 пмоль/л), фолликулы – 5 по 12-13 мм, 4 по 14-15 мм, толщина эндометрия – 2-4 мм, 11 день – Е2 - 84032,4 пмоль/л, фолликулы – 4 по 15-16 мм, 3 по 17-18 мм, толщина эндометрия – 5-6 мм, 13 день – Е2 - 124048,5 пмоль/л, фолликулы – 4 по 15-16 мм, 2 по 17 мм, 1 по 19-20 мм. Введена овуляторная доза ХГ. Частота наступления беременности составила 16,8% (3 женщины). 14 пациенток I группы (аримидекс-резистентные) и 12 – IIой (КЦ-резистентные) оказались аналогичными по своим клинико-лабораторным характеристикам (более старший возраст, ожирение у 68%, инсулинрезистентность у 78%, уровень ЛГ>15 МЕ/л, Е2<100 пмоль/л). Объём яичников достоверно не различался, но у 82% резистентных женщин выявлен симптом «ожерелья». Уровень Т достоверно не различался. Динамика мониторирования индуцированного цикла показала наличие меньшего числа преовуляторных фолликулов, более низкий уровень E2, но большую толщину эндометрия при использовании аримидекса по сравнению с КЦ. Частота беременности не различалась.

Заключение. Ингибиторы ароматазы могут быть использованы вместо КЦ (монотерапия или адьювантные схемы с малыми дозами рФСГ) у КЦ чувствительных пациенток, имеющих риск развития СГЯ.
БРИМОКРИПТИН В ЛЕЧЕНИИ БЕСПЛОДИЯ У ЖЕНЩИН С СИНДРОМОМ ПОЛИКИСТОЗНЫХ ЯИЧНИКОВ
Демина О.В., Корякин М.В., Акопян А.С., Барбашов С.В.

Республиканский центр репродукции человека, Москва


Синдром поликистозных яичников (СПКЯ) считается одной из самых частых причин женского эндокринного бесплодия. Для восстановления репродуктивной функции при СПКЯ обычно используется медикаментозная терапия препаратами хорионического и менопаузального гонадотропина или аналогами ЛГ и ФСГ. Целью настоящего исследования явилось выяснение влияния небольших доз Бромокриптина на частоту наступления беременности у женщин с СПКЯ.

Для проведения исследования была сформирована группа из 20 пациенток с СПКЯ в возрасте от 19 до 35 лет (средний возраст 26,4±4,7 лет), обратившихся на прием с жалобами на бесплодие. Все обследованные женщины состояли в браке и имели сексуальных партнеров, фертильность которых была подтверждена микроскопическим исследованием эякулята. Перед назначением Бромокриптина всем пациенткам определяли базальный уровень пролактина, ЛГ, ФСГ, ДГЭА-С, общего тестостерона, 17α-гидроксипрогестерона и 17β-эстрадиола, радиоимунологическим методом. В процессе лечения для выявления роста доминантных фолликулов на 11-13 день каждого менструального цикла проводили УЗИ органов малого таза и определение времени овуляции тест-наборами «Clear Plan» на 14-16 день цикла. Бромокриптин назначали в суточной дозе 2,5 мг, в два приема, с интервалом между приемами в 12 часов. Продолжительность лечения и наблюдения за женщинами составила 3 месяца.

Анализ результатов определения гормонального профиля обнаружил, что исходные показатели всех определяемых гормонов в исследуемой группе не выходили за пределы существующих нормативов. За указанный период наблюдения через 1 месяц после начала приема Бромокриптина беременность наступила у 2-х женщин, у 8-ми женщин через 2 месяца, у 3-х женщин через 3 месяца после начала лечения. В общей сложности наступление беременности наблюдали у 13 (65,0%) из 20 обследуемых женщин. Прием Бромкриптина хорошо переносился пациентками и ни в одном случае не сопровождался какими-либо побочными эффектами.

Таким образом, монотерапия Бромокриптином в суточной дозе 2,5 мг у женщин с СПКЯ с нормальным базальным уровнем пролактина не имеет побочных эффектов, хорошо переносится и может быть рекомендована для лечения эндокринного бесплодия.


МЕНСТРУАЛЬНАЯ И РЕПРОДУКТИВНАЯ ФУНКЦИЯ ЖЕНЩИН С ГИПЕРТИРЕОЗОМ
Каширова Т.В., Корнеева И.Е., Фадеев В.В., Перминова С.Г.

ГУ НЦ АГиП РАМН, г. Москва.


Введение. Самой частой причиной тиреотоксикоза в регионе с легким дефицитом йода у женщин репродуктивного возраста является болезнь Грейвса (диффузный токсический зоб). Распространенность её среди женщин составляет 0,1% - 0,5%. Немногочисленность и противоречивость данных, касающихся характера нарушений менструального цикла и репродуктивной функции у женщин с гипертиреозом, обусловило целесообразность настоящего исследования.

Цель исследования. Оценить характер менструального цикла и репродуктивной функции женщин, страдающих болезнью Грейвса.

Материал и методы исследования. Произведен ретроспективный анализ 170 историй болезни женщин с болезнью Грейвса, средний возраст которых составил 34,03 ± 8,48 лет.

Результаты и обсуждение. Регулярный цикл с менархе имели 88,2% пациенток, олигоменорею – 11,2%, аменорею – 0,6% пациенток. У 62,4% женщин на фоне манифестации диффузного токсического зоба характер менструального цикла не изменился. У 37,6% пациенток отмечались нарушения менструального цикла, связанные с основным заболеванием. Из них, олигоменорея выявлена у 42,2% женщин, аменорея – у 6,3%, гипоменорея – у 31,3%, гиперменорея – у 7,8%, укорочение менструального цикла до 21-25 дней наблюдалось у 12,5% пациенток. У 8,8% пациенток, отмечено раннее наступление менопаузы в возрасте от 34 до 45 лет. Анализ репродуктивной функции показал, что наступление беременности на фоне болезни Грейвса возможно, однако её исходы зависели от компенсации основного заболевания. Общее число беременностей, наступивших на фоне диффузного токсического зоба, составило 17 у 13 женщин. Из них в 14 случаях тирестатическая терапия не проводилась. Исходы этих беременностей были неблагоприятными в 78.6%: у 42,9% пациенток произошел самопроизвольный выкидыш в 1 триместре беременности, в 35,7% случаев беременность перестала развиваться. В 14,3%(2 беременности) были прерваны по собственному желанию женщины и только в 7,1%(1беременность) закончилась срочными родами.

Результаты проведенного исследования указывают, что избыток тиреоидных гормонов оказывает выраженное негативное влияние на характер менструального цикла. Наступление менопаузы в более ранние возрастные периоды по сравнению с общей популяцией, вероятно, связано с развитием аутоиммунных реакций, в генезе которых, возможно, принимают участие тиреоидстимулирующие антитела. Наступление беременности на фоне болезни Грейвса возможно, однако, выявляется четкая зависимость исходов беременности от коррекции основного заболевания. В случае выявления болезни Грейвса планирование беременности возможно только после достижения стойкого эутиреоза.


ТЕЧЕНИЕ И ВЕДЕНИЕ БЕРЕМЕННОСТИ У ПАЦИЕНТОК ПОСЛЕ ЛАПАРОСКОПИЧЕСКОГО ЛЕЧЕНИЯ СПКЯ


Каталог: d pech mat konf


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10


База данных защищена авторским правом ©zodorov.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница