Михаил Ефимович Литвак


Коррекция комплекса «раболепствующий тиран»



страница37/136
Дата03.03.2020
Размер4.22 Mb.
ТипРассказ
1   ...   33   34   35   36   37   38   39   40   ...   136
Коррекция комплекса «раболепствующий тиран» представляет достаточно большие трудности. Поведение таких клиентов и больных отличается противоречивос­тью. То они робки и застенчивы, преклоняются перед психотерапевтом и даже обожествляют его, то заносчивы и высокомерны. Кроме того, в одних и тех же си­туациях они могут вести себя по-разному: то тихо и не­заметно, то претенциозно и конфликтно. Во время груп­повой психотерапии «раболепствующие тираны» часто бьюают активными, но, потерпев неудачу в дискуссии, могут просидеть несколько занятий молча.

Для выполнения основной задачи психотерапевти­ческой коррекции - формирования структуры «демо­кратической общности» -необходимо придать рассмат­риваемому личностному комплексу стабильность. Как указывалось выше, он представляет собой как бы соче­тание комплексов «высокомерного творца» и «гадкого утенка». Целесообразно стабилизировать личность в первом комплексе, ибо он легче поддается коррекции, а затем попытаться ликвидировать минус в позиции «ВЫ». Здесь надо вызвать огонь на себя. После того как пациент овладеет основными приемами психологичес­ки грамотного общения, я провожу специальную бесе­ду, цель которой вызвать у него гнев. Для этого из био­графического материала выбираются и подвергаются аргументированной критике в жесткой форме эпизоды, где пациент вел себя в стиле «гадкого утенка». В даль­нейшем беседа строится так, чтобы он «одержал» пол­ную победу. Возникшая при этом радость способствует стабилизации позиции «Я», а также появлению плюса в позиции «ВЫ».



А теперь рассмотрим подробно один выразительный пример.
Больная О., 28 лет. Жалобы на приступы удушья (чувство нехватки воздуха и затруднение при выдохе), страх перед приемом пищи, страх остаться одной, обморочные состояния, головокружения, боли в пояснице, подавленное настроение. Основная жалоба - страх смерти, который сопровождают серд­цебиения, и страх, что возникнет приступ. Беспокоят также повышенная раздражительность, потливость, колебания арте­риального давления в сторону повышения, нарушения сна, головные боля, тревога, дефицит веса, навязчивые движения шеи, падение работоспособности.

Родилась О. в семье служащего. Наследственность психопато­логически не отягощена. Старше» сестре в это время было семь лет. Ждали мальчика, и все были расстроены тем, что родилась девочка, о чем неоднократно говорилось О. Воспита­ние носило противоречивый характер. Мать требовала от нее добросовестной учебы, приучала к чистоплотности, уважать и слушаться старших, всегда говорить правду. В то же время О. видела, что сами родители не всегда говорили правду, им приходилось врать и ловчить. Отец много занимался с доче­рью, учил ее читать. Кроме того, пытался воспитывать ее, как мальчика. Научил драться, пилить, паять и т. д.

Атмосфера в семье была тяжелой. Отец часто выпивал. Обыч­но в эти моменты становился добрее, но иногда впадал в бе­шенство, мог ударить мать. Детей никогда не бил. У О. были плохие отношения со старшей сестрой и бабушкой. Нередко ее просто пугали. Сколько себя помнит, боялась темноты, не могла остаться даже днем одна а доме.

Физическое развитие проходило нормально, как и психичес­кое. Но с первых лет жизни у О. появилась дурная привычка - сосание большого пальца. В школьные годы возникла еще одна - накручивание волос на палец, а иногда и выдергивание их. В это же время стала передергивать шеей, ртом.. С раннего детства О. водили по врачам. Ставился диагноз - невроз на­вязчивых движении. Лечили транквилизаторами, физиопро­цедурами. На некоторое время терапия помогала, но после очередного конфликта дома все возобновлялось. Обращались и к знахарке, которая также оказывала временную помощь.

От О. требовали только отличной или хорошей учебы. Тройки воспринимались с большим недовольством. Хотя девочку никогда не били, она «всегда боялась взбучек», начинало сильно бить­ся сердце. «Если родителей не было дома, с нетерпением и тревогой ждала их прихода, чтобы получить «нотацию за тройку». После этого сердцебиения проходили. Когда же во втором классе получила первую двойку, долго боялась сказать об этом и написала записку матери. С тех пор мать стала относиться к дочери несколько мягче. Но тем не менее каждая двойка вызывала «невероятную душевную тяжесть», при атом возобновлялись тики и усиливался страх темноты. С течением времени в таких ситуациях появлялись не только сердцебие­ния, но и головные боли. Единственным близким человеком была мать. О. так к ней привязалась, что не отпускала даже на лечение в санаторий. Если гостила без мамы у родственни­ков, то не выдерживала больше трех-четырех дней.

В летние каникулы чувствовала себя лучше. Во дворе сложи­лась компания, в которой О. верховодила. В классе тоже всег­да хотела быть сильнее других. В своей группе находилась в центре внимания, так как во многих вопросах была компетент­ней других. Очень любила читать фантастику. «Я не выноси­ла однообразия и монотонности. Когда что-то начинало хорошо получаться, теряла к этому интерес и хваталась за дру­гое». В результате занималась плаванием, бегом, гандболом. Дома обстановка ухудшалась. Отец пытался заниматься с О. физикой, математикой. Если она не могла сразу понять что-то, он начинал кричать и обвинять О. в тупости. «В это время сжималась в комок, страшно колотилось сердце, и я перестава­ла вообще что-нибудь соображать». В своей комнате долго плакала. Перед каждым занятием с отцом испытывала силь­ный страх, иногда даже перехватывало дыхание. Стала заме­чать, что если на уроках или экзаменах задавали дополнитель­ные вопросы, сознание как бы отключалось, а в голове была одна мысль: «Не отвечу!» Постепенно к отцу возникло чувст­во ненависти.

В 12 лет О. выписали очки для постоянного ношении, что было для нее психической травмой, - сверстники стали драз­нить ее очкариком. Кроме того, за просвет между верхними резцами получила кличку «беззубая». В этот же период были люди, которыми она восхищалась. Таким человеком, в част­ности, была преподавательница литературы. Подражая ею, стала язвительной. Когда же О. заметила, что у этой учительницы есть любимчики, разочаровалась в ней, что пережила очень сильно. Ее кумирами были знаменитый штангист и известная парашютистка. «Иногда я мечтала заболеть так же, как и она, а потом выкарабкаться».

Вы видите, что воспитание О. шло в стиле «преследователя» (повышенная моральная ответственность, унижение, «ежовые рукавицы»). Элементы избавления шли от матери. Усугубля­лось положение тем, что поведение родителей ие соответствова­ло их высказываниям. В результате сформировался личност­ный комплекс с нестабильной позицией «Я». Это привело к тому, что стали нестабильными и остальные позиции («ВЫ», «ОНИ», «ТРУД»).

Так, в семье девочка была привязана только к матери (привя­занность эта носила чрезмерный характер), а к остальным родственникам относилась негативно. К тем людям, которые тянулись к ней, у О. было отрицательное отношение. Она часто не доводила до конца начатое, то и дело меняла свои увлечения. Флюктуирующая нестабильность позиции «Я» оп­ределялась еще и тем, что О. чрезмерно болезненно реагиро­вала на особенности своей внешности (ношение очков и про­свет между верхними резцами). Хочу обратить ваше внимание на желание О. тяжело забо­леть, «а потом выкарабкаться». Ясно, что и во взрослой жизни она не сможет спокойно насладиться удачей. У О. рано возникли неврологические симптомы. Но, как вы уже поняли, основные невзгоды у нее впереди.

В 14 лет пришла первая юношеская любовь. Через полгода мальчик, с которым О. встречалась, переехал в другой город и перестал ей писать. Она переживала, усилились тики и другие невротические явления. Когда училась в десятом классе, полю­била другого человека. Физического влечения к нему не было, но чувство держалось долго. « Что-то осталось до сих пор». О. встречалась с ним полгода, а потом он ушел к ее подруге. «Я долго надеялась на его возвращение. Как-то я ему сказала, что всегда буду ждать его звонка в дверь и всегда буду ему рада. Продолжала надеяться даже после того, как ои женился на подруге». Ухаживания других ребят отвергала, издеваясь над ними. Все это время было подавленное настроение, дер­жались тики, но навязчивый страх темноты прошел.

Вот вам и неприятности в личной жизни. Естественно, к ним должны присоединиться и поражения в учебной или произ­водственной деятельности, а там уже недалеко и до ухудшения здоровья.

После окончания школы О. поступила в университет, но зани­маться не хотелось. В конце концов была отчислена за неуспе­ваемость после второго курса. Устроилась на работу. Там от­ношения не сложились, постоянно возникали конфликты. На их фоне к прежним невротическим явлениям присоединились головные боли. Через три года О., продолжая работать, вос­становилась в университете. Стала встречаться с однокурсни­ком. «Первое впечатление о нем было ужасное. Но хотелось как-то отвлечься от прежней любви...» В этот период возникали приступы тоски, связанные с воспоминаниями о неудавшейся любви, а потом постепенно привыкла к новому избраннику, который вроде бы стал меняться в лучшую сторону.

Отношения их стали близкими, но выйти замуж О. отказа­лась. «А летом ушла в поход и там поняла, что Сережа мне нужен». Брак был зарегистрирован, а через месяц ей сделал предложение тот парень, в которого она была так долго влюб­лена и который был теперь свободен. О. пережила сильное потрясение. В это время на фоне продолжающихся головных болей возникла аллергия на канифоль в виде сильного на­сморка (работа О. была связана с пайкой).
А теперь позволю себе небольшое отступление, так как хочу поделиться с вами соображениями, которые возникли при анализе практики семейного консульти­рования. Многие мои клиенты были несчастливы из-за того, что они женились (выходили замуж) за одного че­ловека, а в сердце оставался другой. А с нелюбимым и сам будешь несчастен, и ему несчастье принесешь. Но не властен человек над своими поступками, им управ­ляет его социоген. Коль уж в раннем детстве запрограм­мирован на несчастье, то несчастным и будешь! Если, конечно, не пройдешь специальный тренинг.
Как вы догадываетесь, после долгих колебаний О. отказалась бросит» мужа, но отношения с ним разладились. «Стало ка­заться, что я ему не нужна, а нужны пристанищу (до женить­бы он жил на. квартире), уход и мое тело». О. не чувствовала любая к мужу, который к атому времени перестал быть вни­мательным. После конфликтов могла не разговаривать с ним по месяцу. Примирение всегда, начинал муж, а она в это время обвиняла его во всех смертных грехах. Часто бывало тоскливо, по-прежнему беспокоили тики, аллергические реакции на канифоль, сильные головные боля и изнуряющая бес­сонница. После ссор у мужа возникали приступы бронхиаль­ной астмы, и тогда О. «вытягивала его». Из-за болезни мужа решили переехать в Крым. Здесь ему стало легче, но у О. усилилась аллергия на канифоль, появилась сильная одышка. Конфликтные отношения в семье продолжались. Речь шла о разводе. Вернулись домой, и здесь у О. возникла одышка, напоминающая астму, но трудно было набрать воздух. К вра­чам не обращалась и продолжала работать, хотя одышка дер­жалась.

Не думаю, что О. была бы счастлива, если бы соединилась со своей первой любовью. Она была бы у него в рабстве (при «Я-») или же разочаровалась бы в нем (при «Я+»). Но не будем гадать. Вернемся к нашему рассказу.

Однажды у О. поднялась температура до 39 градусов. Стала принимать антибиотики, после чего руки покрылись красны­ми пятнами и стали чесаться. И тогда О. впервые попала в терапевтический стационар, где был поставлен диагноз двусто­ронней очаговой пневмонии с астматическим компонентом. Через несколько дней после выписки на работе у неё развился тяжелый приступ бронхиальной астмы, который был купиро­ван врачом «скорой помощи». В дальнейшем приступы стали повторяться ежедневно. Приходилось вызывать «скорую по­мощь». К лету наступило некоторое облегчение. Наладились отношения с мужем, который стал заботливее относиться к О. Но осенью приступы снова участились, О. снова попала в больницу, где в числе других препаратов был назначен преднизалон.

В 26 лет О. получила инвалидность, бросила учебу в универ­ситете. Приступы продолжались. Проводилось самое разнооб­разное лечение (массаж, иглотерапия, физиотерапия, лекарст­венное, в том числе и гормональное, лечение). После некоторого улучшения приступы возобновлялись. Приходилось по­чтя все время пользоваться ингалятором. В это время О. отме­тила, что при интимной близости проходили и приступы, и одышка, и головные боли. Дополнительным психотравмирующим моментом была тяжба в связи с наследством бабушки.

Врачи дали совет снова переехать в Крым. (Вам понятно, что это ничего бы не дало. От себя ведь никуда не уедешь!) Однако переезд был связан со многими проблемами и вызвал возра­жение мужа. Начались конфликты в семье. Приступы брон­хиальной астмы стали реже, но появились сильные спастичес­кие головные боли, головокружения, боли в области сердца, сопровождающиеся подъемом артериального давления. Возникли обмороки после приема пищи. Стала бояться есть. При обследовании была выявлена пониженная кислотность, и к вышеперечисленным диагнозам прибавились нейроциркулярная дистония, анацидный гастрит. О. не могла работать, читать, смотреть телевизор.

Когда усилились боли в области сердца, возник навязчивый страх, что сердце внезапно остановится. Она понимала неле­пость страхов, тем более что при обследовании сердечной па­тология обнаружено не было. Стала бояться оставаться дома одна. Конфликты с близкими продолжались. Появилось от­чуждение к мужу. Раньше считала, что должна воспитывать его. Теперь появилось чувство безысходности. Понимала, что надо что-то менять, но как это сделать, не знала. В таком состоянии О. и обратилась ко мне за помощью.

На прием она пришла с матерью, хотя жила недалеко от поликлиники. Беседуя со мной, старалась бодриться, произ­вести впечатление волевого человека, но временами на глаза наворачивались слезы. Держалась несколько настороженно. Предъявила медицинскую документацию. О. являлась инвалидом III группы по бронхиальной астме; кроме того, на. разных этапах ставились диагнозы нейроциркуляторной дистонии, анацидного гастрита, аллергических реакций, распространенного остеохондроза.
Вот такая история болезни в жизни, точнее жизни, которая стала болезнью. И это у человека, который ге­нетически запрограммирован на счастье!

А теперь я хочу поговорить с врачами и психологами. Остальные пока немного могут отдохнуть.

Невроз v больной развился в детские годы. С двух-трех лет появились навязчивости, которые стали стерж­невым симптомом, а выраженность их колебалась в за­висимости от того, какие симптомы возникали на различных этапах заболевания. Уже в это время требова­лось специальное лечение. Тогда с временным эффек­том применялся радедорм и другие малые транквили­заторы. В школьные годы к навязчивостям присоеди­нились истерические признаки в виде реакций различ­ного рода. На таком фоне ситуационно развивается хро­ническое субдепрессивное состояние. Затем заболевание соматизируется, появляются бессонница, головные боли (астенический спектр), аллергические реакции, одыш­ка явно истерического генеза, а на ее фоне - бронхиаль­ная астма, в возникновении приступов которой важную роль играла ситуация (конфликты).

Нет оснований сомневаться в правильности диагноза бронхиальной астмы. Но наличие реактивных и личностных компонентов в структуре и патогенезе заболе­вания не вызывает сомнений. Так, когда стали возни­кать выраженные психопатические и соматические симптомы, а именно навязчивости и сосудистые парок­сизмы с подъемами давления, падение веса как следст­вие навязчивого страха приема пищи, симптомы брон­хиальной астмы пошли на убыль. И только тогда, когда на первый план в структуре заболевания снова вышли навязчивости в виде кардиофобии и присоединившие­ся к ней вторичные навязчивости, больная была на­правлена к психотерапевту. Как видим, при длитель­ном развитии одних симптомов возникают и усили­ваются другие.

Однако в данном случае наблюдались и обратные отношения: навязчивости сделали менее выраженны­ми приступы бронхиальной астмы. Но это вовсе не зна­чит, что соматовегетативная симптоматика стала менее выраженной. Просто одни симптомы соматического плана сменились другими, соответствующими содержа­нию навязчивостей (боли в области сердца, тахикардия, экстрасистолия, головные боли спастического характе­ра, головокружения). К моменту обращения к психо­терапевту стала выраженной и депрессивная симпто­матика.

Ноологическая трактовка формы невроза представ­лялась весьма трудной. Поскольку стержневыми являлись симптомы из круга навязчивостей, был поставлен диагноз - невроз навязчивых состояний.



Как проходило лечение, должно быть интересно уже всем.
Стратегическая целью была коррекция личностного комплек­са. Следовало добиться стабилизации в позициях «Я» я «ТРУД». «Рычагом» воздействия на эти позиции было желание больной наладить взаимоотношения с близкими. У нее наблюдались аллергические явления, поэтому следовало ог­раничиться психотерапевтическими мероприятиями. Это было возможно, так как имелись ситуации, когда симптоматика на время копировалась. В плане моделирования эмоций во время первой же беседы была использована техника амортизации и когнитивной терапии. Я согласился со всеми утверждениями больной, касающимися ее близких, посочувствовал ей и ска­зал, что завидую ее терпению, потом предложил посещать психотерапевтическую группу, где она научится моделировать свое поведение так, что близкие будут поступать по ее жела­нию и ей не придется тратить лишних эмоций. Уже во время этой беседы О. осознала свою роль в развитии симптоматики и ушла успокоенной. Дома написала подробную биографию, в которой имелись и элементы анализа: «Хотела заболеть, вот и заболела. Уже год назад я думала, что надо наладить отноше­ния с мужем». Через три дня О. приступила к занятиям в группе. Вначале вела себя неровно. То была малоактивной, то оспаривала мои доводы. Занималась также аутогенной трени­ровкой и лечебной физкультурой. После первых занятии со­стояние заметно улучшилось, стали ровнее отношения с му­жем, уменьшилась выраженность навязчивостей, головных болей и т. д. «Был всплеск энергии, извилины зашевелились в сторону, противоположную болезни».

Через некоторое время О. попыталась устроиться на работу, но ей грубо отказали, сказав, что им не нужен инвалид на полставки. Вновь было обострение симптоматики, которое усу­губилось после конфликта с мужем. О. продолжала занятия в группе, состояние вновь стало улучшаться, уменьшился страх перед остановкой сердца. Могла одна оставаться дома и ходить на прогулки. Приступов бронхиальной астмы не было, отме­чалось некоторое улучшение дыхания. Уменьшились боли в области сердца, тахикардия, почтя прошла экстрасистолия. Прекратились спазмы сосудов головного мозга.

Начала много читать. Обмороков не было, почти исчезли боли в позвоночнике, кардиофобии и страх анафилактическо­го шока. Настроение улучшилось. Стала хорошо питаться. Астматических приступов не было. «Иногда кажется, что весь этот кошмар, когда каждый день были «скорые» и меня вы­таскивали чуть ли не с того света, был не со мной. Сердце тоже ведет себя прилично. Изредка кольнет или сдавит, иногда выпадает пульс. -Значительно улучшились отношения с му­жем. Общение с малюй еще вызывает раздражение».

Через 40 дней после начала лечения О. отметила, что меньше вступает в конфликты и легче выходит из них: «После кон­фликта минут 15 хожу возбужденная, а. йотом начинаю обви­нять себя. Раньше я по два дня не могла успокоиться. А. после одного из конфликтов во время гриппа обратила внимание на то, какой противной я становлюсь, когда болею. Поругалась с мамой и мужем. Мне просто нужен был повод, все во мне было готово и даже хотело поругаться». Симптоматика во вре­мя болезни несколько обострилась.

Через три месяца лечения О. почувствовала себя практически здоровой. «Настроение хорошее, состояние здоровья неплохое. В последнее время с меня все как с гуся вода. Не все, конечно, но очень многое. Пока не удается полностью избежать конфлик­тов, но после них перестало надолго портиться настроение».
Проследим еще немного, как складывалась жизнь у нашей героини.
О. продолжала посещать групповые занятия и проходила кон­трольное обследование. О ее состояния свидетельствует следую­щий отчет: «На сегодняшний день жизнь прекрасна и удиви­тельна. Астма молчит, сердце не болит, головокружений нет, тахикардии нет, изредка бывают экстрасистолы. Давление 120/80, пульс 84 удара в минуту. Вчера была у зубного врача и сама удивилась своему спокойствию. Изменилось так­же мое отношение к окружающему миру, людям. Я стала радоваться жизни, встречам с новыми людьми. Депрессивное состояние прошло. Безусловно, бывают огорчения и неудачи. Но раньше я расценивала их как удар судьбы, а сейчас без надрыва начинаю анализировать, почему так получилось, в чем моя ошибка, и спокойно решаю проблему. Если я вижу, что в какой-то ситуации не в силах ничего изменить, прини­маю ее такой, какова она есть. Конечно, не всегда получается, но я стараюсь постепенно завоевать позиции.

Спала огромная внутренняя тревога по любому поводу. Изме­нился эмоциональный фон. Как правило, настроение хорошее. Заметно повысилась работоспособность. Я чувствую себя пол­ноценным человеком. Отношения с мужем стали прекрасны­ми. Конфликты ушли. Появились настоящие близость и лю­бовь. Стала спокойней реагировать на недостатки и просчеты других людей. Я ведь тоже далеко не идеал. И венец всего - в скором времени я собираюсь стать матерью».

Несмотря на беременность, О. успешно работала на полную ставку. Родила здорового сына. В настоящее время активна, жизнерадостна, общительна, настойчива, свободна от влияния группы, самостоятельна, находчива. По отношению к другим ие стремится играть доминирующую роль. Не склонна к мора­лизированию. Критически мыслит, старается вникнуть в сущ­ность новых идеи. У нее хорошо развита способность к обуче­нию, анализу, синтезу информации.


Каталог: ld
ld -> Тревожно-депрессивные расстройства и качество жизни у больных старческого возраста c ишемической болезнью сердца, осложненной хронической сердечной недостаточностью, возможности коррекции 14. 00. 05 внутренние болезни
ld -> Черепахи до самого низа. Предпосылки личной гениальности
ld -> Внутриполостная фотодинамическая терапия рака мочевого пузыря и аденомы предстательной железы 14. 00. 40. Урология
ld -> Экстрапинеальный мелатонин в процессе старения 14. 00. 53 геронтология и гериатрия
ld -> Взаимосвязь синдрома эмоционального выгорания и социально-психологических характеристик личности в экстремальных условиях профессиональной социализации
ld -> 5. Дерматовенерология
ld -> Темы рефератов по патофизиологии


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   33   34   35   36   37   38   39   40   ...   136


База данных защищена авторским правом ©zodorov.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница