Особенности перевода с русского языка на китайский



Скачать 31.33 Kb.
страница1/2
Дата15.11.2018
Размер31.33 Kb.
  1   2

УДК

Громенко М.В., Бацманова Е.Р.

ФГБОУ ВО «Юго-Западный государственный университет», Курск

ОСОБЕННОСТИ ПЕРЕВОДА С РУССКОГО ЯЗЫКА НА КИТАЙСКИЙ (НА МАТЕРИАЛЕ ФРАЗЕОЛОГИЗМОВ в текстах???? Каких???)
В статье представлен анализ русских и китайских фразеологизмов, выявлены общие и специфические особенности чего?, характерные для обеих культур.

Ключевые слова: фразеологизм, переводческая трансформация, эквивалентность, языковая картина мира.

В настоящее время здесь нужен глагол в русле антропоцентрических исследований, обращающихся к разным сторонам жизни человека – его деятельности, его физической и духовной сущности, изучение образов национального менталитета, наделенных специфическим содержанием в терминах языка и культуры, стало весьма актуальным.

Желательно упомянуть фамилии исследователей и дать ссылку на них

Перевод является социально-коммуникативным по своей природе видом деятельности, обеспечивающим общение между людьми. Являясь косвенным коммуникативным актом, перевод обеспечивает общение между людьми разных национальностей, носителей разных языков и культур. Переводчик является посредником между представителями разной культурной среды, способа жизни, ментальности.

Во время работы над материалом, наиболее удачный тот перевод, который соотносится с двумя критериями [1, с.23]:


  1. Достоверность, или точность – критерий характеризует то, насколько правильно перевод передает смысл исходного текста, исключил или прибавил он что-то важное из смысла, ослабил или усилил какие-то смысловые элементы;

  2. Прозрачность – этот критерий предполагает наличие меры, способствующей восприятию переведенного текста носителем языка не как перевода, а как оригинального текста на переводящем языке, который соответствует всем его нормам – грамматическим, идиоматическим, синтаксическим и стилистическим.

Выделяют три цели перевода текстов:

-первая – знакомство читателя с творчеством писателя, произведения которого они не могут прочесть сами из-за незнания языка автора. То есть, переводчик должен познакомить читателя с произведениями автора, с его творческой манерой и индивидуальным стилем.

- вторая цель перевода – знакомство читателей с особенностями культуры другого народа, передача своеобразия этой культуры.

- третья – знакомство читателя с содержанием книги.

Перевод фразеологизмов – это особая проблема, поскольку передать их слово в слово обычно невозможно из-за того, что они являют собой единственный образ, отсюда – необходимость их рассмотрения, как единого семантического целого; а замена их словами в прямом значении может повлечь исчезновение атмосферы привычных для читателя образов, понятий, реалий и пр.

При переводе необходимо учитывать различия в культурных и языковых картинах мира, и стараться производить не просто эквивалентный, но культурологически ориентированный перевод, который будет «подстраиваться» под культурную и языковую картину мира языка перевода. Отсюда вытекают определенные переводческие трансформации, обусловленные различиями в культурной и языковой картинах мира.



Фразеологизм можно передать:

  1. эквивалентным фразеологизмом языка перевода (с сохранением образа; при использовании таких соответствий сохраняется весь комплекс значение переводимой единицы; в этом случае в ПЯ имеется образный фразеологизм: совпадающий по всем параметрам с фразеологической единицей оригинала, например: рууск. «в гостях хорошо, а дома лучше» и кит.做客固佳,在家更好 [БКРС];

  2. заменой образа при сохранении семантической близости ФЕ1 и ФЕ2 (в случае отсутствия фразеологического эквивалента, следует подобрать в ПЯ фразеологизм с таким же переносным значением, основанном на ином образе, например, русск. «частый гость» (в значении «постоянный посетитель, завсегдатай») и китайское выражение 热客 гость, приходящий невзирая на зной (обр. в значении «частый гость, постоянный посетитель, завсегдатай»);

  3. калькированием (дословный перевод фразеологизмов); калькированный перевод фразеологических единиц может быть применен лишь в том случае, если в результате калькирования получается выражение, образность которого легко воспринимается иноязычным читателем и не создает впечатления неестественности и несвойственности общепринятым нормам языка; В.Н. Комиссаров отмечает еще одну немаловажную трудность при создании фразеологической кальки – это придание ей подходящей формы крылатой фразы, для этого иногда целесообразно приблизить кальку к уже имеющемуся образцу; так, например, в китайской лингвокультуре имеет место такой тип фразеологических единиц, именуемый чэнъюй – устойчивое фразеологическое сочетание (чаще четырехсловное), построенное по нормам древнекитайского языка, семантически монолитное, с обобщенно переносным значением, носящее экспрессивный характер, функционально являющееся членом предложения [Войцехович, 2007]. Большинство данных ФЕ являют собой цитаты или аллюзии, отсылающие к классическим китайским произведениям на вэньяне (письменный классический китайский язык) [Ступникова, 321-329], например, 出水芙蓉 молодая, красивая, изящная женщина; хорошо, свежо написанное произведение (букв. «только что появившийся над водой цветок лотоса». В русском языке среди всей совокупности ФЕ достаточно распространены пословицы-единицы, которые представляют собой грамматически законченные (имеющие вид предложения) изречения с образной мотивировкой общего значения, то есть требующие расширительного толкования [Карпеева, 268-270] (составные части пословицы чаще связаны причинно-следственными отношениями);

  4. переводом фразеологизма без сохранения образа (в целях объяснения смысла фразеологической единицы, не имеющей в китайском языке ни аналога, ни эквивалента и не подлежит дословному переводу, переводчику необходимо прибегнуть к описательному переводу). Например, русскоязычное выражение «лаптем щи хлебать» (простореч.) о чей-л. некультурности, отсталости, которое может быть употреблено по отношению к человеку (гостю), ведущему себя некультурно, включает сразу два элемента, сложных для передачи: «традиционная крестьянская обувь, плетеная из лыка, бересты или веревок, охватывающая ступню ноги» [Россия: Лингвострановедческий словарь, 311]; щи – «классическое русское национальное первое блюдо» [Там же: 630], «жидкое кушанье из рубленой капусты или щавеля, шпината и т.п.» [Кузнецов, 1511].

Кроме того, в русских пословицах и поговорках могут фигурировать имена собственные. Например, для перевода фразеологизма «Не только гостей у праздника, что Фома с женой» следует учесть, что в нем задействовано русское имя Фома, которое часто можно встретить во фразеологизмах («Фома неверующий», «Фома да Ерема» и др.); оно ассоциируется у русскоязычного представителя культуры (в христианском именослове) прежде всего с апостолом Фомой, что соотносится таким образом с элементами вероисповедания.

Также в состав фразеологизмов могут быть включены историзмы. Так, например, пословица «незваный гость хуже татарина» возникла в то время, когда Русь находилась под татаро-монгольским игом. Победители не щадили побежденных, постоянно выказывая непомерную гордость, презрение к покоренным народам, жадность, скупость и насилие. Для китайской же культурологи это пословица будет непонятной, так как для них «татарин» - просто человек имеющий данную национальность.

Передача с русского языка на китайский фразеологизмов, включающих культурно специфичные элементы достаточно сложный процесс, поскольку он сопряжен с культурной перекодировкой информации, содержащейся во фразеологической единице. Так, например, при передаче пословицы «не красна изба углами, а красна пирогами» следует учитывать целый ряд факторов. Здесь фигурирует неполная форма имени прилагательного, употребленная в переносном и устаревшем значении, присутствуют историзмы (изба, красный угол), эелементы национальной культуры. Красна (кр. форма ж.р. от прилагательного «красный», здесь (народно-поэт.) «прекрасный, красивый; радостный, приятный» [Кузнецов, 467]; «употребляется в народной позии и речи для обозначения чего-л. хорошего, яркого, светлого» [Ожегов, 303]. Изба представляет собой бревенчатый крестьянский дом. Употребляется наименование национального блюда «пирог». Угол подразумевает в данном случае часть избы, которая находится в угу, где сходятся две стены.

Для корректной передачи (подбора эквивалента, калькированного перевода и пр.) русскоязычных фразеологизмов на китайский язык, необходимо знать культурно-историческую специфику русского этноса.

Например, гостеприимство всегда было характерной чертой русского человека. Это нашло отражение в пословицах: «Доброму гостю хозяин рад», «Гость доволен – хозяин рад» и др. Русское гостеприимство оценивалось, прежде всего, хлебосольством. Гостя в старину необходимо было напоить и накормить досыта: «Напои, накорми, а после вестей попроси, - говорит русская пословица. Это было связано с обычаем не спрашивать гостя даже о его имени, не накормив его. То есть, хозяин дома предлагал жене поставить на стол все, чем можно было накормить гостя. В богатом доме и застолье было шире и обильнее («пир на весь мир», «пир горой» - «(разг., экспресс.) застолье с чрезвычайно обильным угощением и (обычно) большим количеством присутствующих» [Федоров, 470]. Эти фразеологизмам в китайском языке может соответствовать ФЕ «三茶六饭 – три сорта чая и шесть сортов риса», которая употреблялась в образном значении «богатый прием гостей, щедрое угощение» [БКРС И.М. Ошанина, 433], наличие на столе разнообразных сортов риса и чая свидетельствовало об уважении, проявленном по отношению к гостю.

От хозяина дома по отношению к гостям в первую очередь требовалось радушие (сердечное отношение к людям, приветливость). Радушные хозяева встречали гостей словами: «Добро пожаловать, дорогие гости, милости просим!», «Просим в избу: красному гостю красное место». Это означало, что гостя сажали на почетное место – в красный угол, под иконами. В китайской культуре гостю также отводилось почетное место, которое, полагалось ему согласно этикету – 虚左以待 – держать пустым почетное место для достойного гостя, 上坐 – сесть на почетное место; занять место гостя. Примечательно, что гостей рассаживали в определенном порядке (坐次 – порядок мест за столом; 礼宾 – принимать гостей по этикету). При этом характерно, что особо ценились гости приехавшие издалека, «但尘 – сметать пыль (обр. в значении: устраивать банкет по случаю приезда издалека дорогого гостя)», 桌足酒 – пирушка в честь гостя издалека».

Следует отметить, что для ритуала приема гостей в китайской культуре характерно четкое следование этикету (как для хозяина, так и для гостя). Так, у почетного гостя была масса привилегий, например «点曲 – выбирать арию (песню) для исполнения (право почетного гостя)», или, к примеру, необходимо знание других тонкостей «升冠 – (вежл.) разрешите мне положить (Вашу) шапку на высокое место (предложение хозяина гостю снять головной убор с намеком на успех в служебной карьере, по созвучию 升官», или «客钢客纪 – правила поведения человека вне дома; заповеди гостя».

Если в русской лингвокультуре присутствует большое количество фразеологизмов, в которых речь идет о столовании, застолье, приеме гостей за столом, то в рамках китайской культуры мы можем обнаружить множество фразеологических единиц, в которых отражается такой этап этикета приема гостей, как встреча: «三揖三让 – трижды поклониться и трижды уступить дорогу (гостю); принимать с почетом», 握发 – зажимать в руках (мокрые после мытья) волосы (боясь пропустить достойного гостя (обр. в знач.: спешить встретить достойного человека)», 望尘 – ждать пыли от экипажа (обр. в знач.: нетерпеливо ждать прихода знатного гостя. Также выделяется ряд фразеологизмов , в которых подчеркивается такой элемент обряда встречи гостей, как уборка, подготовка к приему гостей: «拥彗 – держать веник (обр. в знач.: почтительно принимать гостя, хозяин встречал его с веником в руках, чтобы показать, что в доме к приходу гостя все приведено в порядок)», «撞席 – выбивать циновку (обр. в знач.: готовиться к приему гостей)».

Интересно и то, что гости в русской культуре различались по двум важным критериям: важный (особый, почетный, возможно, представлявший собой знатного человека) и завсегдатай обычных дружеских или семейный посиделок; достойный гость и недостойный (некультурный, невежливый, не соблюдающий этикет). В этой связи отношение к гостям было разное. Об этом также можно узнать из пословиц и поговорок. В особенности это относится к русскому народу: «Каков гость, таково ему и угощенье», «В осень любого гостя потчуют молоком, а нелюбого – медом», «Гость гостю рознь, а иного – хоть брось».

Однако приятный гость приходит по приглашению и не опаздывает, что, в частности, зафиксировано в следующих пословицах: «Незваные (поздние) гости глодают кости», «Незваный гость хуже татарина». В китайской лингвокультуре мы обнаруживаем подобное. Так, опоздавшему гостю оказывается меньший почет, чем уже пришедшему (пришедшему вовремя): «坐客不拜行客» - уже сидящий гость не приветствует позже пришедшего [БКРС И.М. Ошанина, 143].

Неприятный для хозяина гость, проявляет невоспитанность, пренимая права хозяина дома. Данная особенность подчеркивается как в русских так и в китайских фразеологизмах: русск. «Гости хозяина выжили» и кит. «主客颠倒, 主客颠倒 хозяин и гость поменялись местами; главное и второстепенное переменились местами; 暄賓奪主 шумный гость заглушает хозяина (обр. в знач.: узурпировать права хозяина).

Приятный, хороший гость должен знать, когда пора уходить («Бесстыжего гостя из избы пивом не выгонишь»). В китайской лингвокультуре отмечается образ положительного гостя, который хорошо знаком с этикетом. Например, гость по отбытию должен сказать комплимент хозяину: «郇厨, 郇厨» - (эпист.) кухня сюньского князя (обр. в знач.: царское угощение – комплимент гостя хозяину). В русском языке присутствует выражение более образное по своей природе. Если гостю понравилось предлагаемое кушанье, он иог выразить свои ощущения при помощи фразы «пальчики оближешь» (разг., одобр.) о чем-либо очень вкусном [Мокиенко, 479].

В рамках русской лингвокультуры имеется незначительное количество фразеологизмов, в которых описывается неприятный гость. Можно выделить такие особенности, касающиеся образа отрицательного гостя, как «приход без приглашения» («незваный гость хуже татарина») и не вовремя, «вживание в роль хозяина», «нежелание уходить (после застолья)». Эти особенности характерны и для китайской лингвокультуры, однако обряд приема гостей в ней более близок к церемонии, при которой существует необходимость знания правил поведения во время гостевого визита. В связи с этими правилами в китайском языке существует множество образных выражений, например, «升冠» - (вежл.) разрешите мне положить (Вашу) шапку на высокое место (предложение хозяина гостю снять головной убор с намеком на успех в служебной карьере, по созвучию с «升官» или, например, фигуральное выражение «羊公鹤, 羊公鹤» - ученый журавль Ян Гуна (не поделавший танцевать при гостях; обр. в знач.: человек, не оправдывающий своей хорошей репутации.

Итак, при передаче фразеологизмов необходимо учитывать общую семантику данного выражения с учетом контекста (поскольку одно и тоже выражение может иметь несколько значений), а также присутствия в них:

- национально специфических образов и их семантику в рамках историко-культурного процесса для представителя данной нации;

- слов, употребленных в переносном значении;

- устаревших лексических единиц;

- стилистическую окраску фразеологизмов.




Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2


База данных защищена авторским правом ©zodorov.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница