Сборник материалов региональной научно-практической конференции студентов, аспирантов и магистрантов 3 ноября 2011 года



страница3/32
Дата28.09.2017
Размер2.29 Mb.
ТипСборник
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   32

О.П. ПУПКО, П.И. ДЕМЕНТЬЕВА
Брест, БрГУ имени А.С. Пушкина

Научный руководитель: Е.В. Соловей, преподаватель
ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ДЕТЕКТОРА ЛЖИ ПРИ ДОПРОСЕ ОБВИНЯЕМОГО В АСПЕКТЕ РЕАЛИЗАЦИИ ЕГО ПРАВА НА ЗАЩИТУ В СРАВЕНИИ С ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
«Детектор лжи» или полиграф – многоцелевой прибор, предназначенный для одновременной регистрации физиологических реакций в организме человека при его опросе, таких как кровяное давление, сердцебиение, дыхание, кожная электропроводимость, двигательные реакции [3, с. 25].

Сущность использования полиграфа состоит в том, что специалист, задавая опрашиваемому лицу специально сформулированные и сгруппированные вопросы, контролирует с помощью полиграфа физиологические реакции, возникающие в ответ на них.

Использование детектора лжи при допросе обвиняемого тесно связано с его правом давать показания. Согласно ст. 11 Закона Республики Беларусь «Об оперативно-розыскной деятельности» допускается опрос граждан при помощи специалиста. Таким образом, использование полиграфа также можно расценивать как опрос обвиняемого с участием специалиста. Однако результаты такого тестирования не оцениваются судом в приговоре наравне с другими доказательствами. В компетенцию специалиста, применяющего детектор лжи, входит формулирование вывода по результатам исследования о степени осведомленности опрошенного лица о событии и его деталях.

В свою очередь, в Российской Федерации (далее - РФ) действует специальная инструкция «О порядке использования полиграфа при опросе граждан», утвержденная Генеральной прокуратурой, ФСБ и МВД Росси, а также издан приказ МВД Российской Федерации от 12 сентября 1995 года № 353 «Об обеспечении внедрения полиграфа в деятельность органов внутренних дел». Это значит, что применение полиграфа в РФ обрело достаточное правовое обоснование и речь идет уже не о правомерности использования полиграфа вообще, а об условиях его использования в процессуальной деятельности следователя, а может быть, и суда. В то же время, в современной России проводятся научные исследования по вопросам возможности и эффективности использования полиграфа в уголовном процессе в целях выявления, предупреждения, пресечения и раскрытия преступлений. Например, во ВНИИ МВД для этих целей создан специальный отдел, укомплектованный юристами, психологами, биологами.

Что касается Республики Беларусь, то отсутствие специальных законодательных актов, допускающих признание в качестве доказательств результатов тестирования с помощью полиграфа во время допроса, сдерживает развитие научных исследований в этом направлении, не позволяет в полной мере использовать возможности указанного метода для сбора доказательств. Поэтому в настоящее время этот метод применяется с целью получения ориентирующей, а не доказательственной информации.

МВД Республики Беларусь детекцию лжи как метод применяет с 2001 года. Сотрудниками МВД РФ опросы с использованием полиграфа осуществляют с 1994 года, а с 2001 года в России проводятся судебные психофизиологические экспертизы (СПФЭ), заключения которых принимаются судами в качестве доказательств [3, с. 26]. В настоящее время решается вопрос о возможности создания СПФЭ в экспертных учреждениях Республики Беларусь.

Полиграф помогает сотрудникам уголовного розыска и следователям проверить оперативно-розыскные и следственные версии, показания обвиняемых, подозреваемых, свидетелей, потерпевших; определить из группы подозреваемых виновных лиц; устранить противоречия в показаниях; выяснить неизвестные детали дела.

По данным МВД Республики Беларусь только за 8 месяцев 2010 года проведено 2 875 опросов, выявлена причастность к проверяемым преступлениям в 466 случаях, оказана помощь в раскрытии 311 преступлений, в том числе 40 убийств, из них 5 замаскированных под безвестное исчезновение, 27 умышленных тяжких телесных повреждений, 5 изнасилований [3, с. 27]. Эти данные свидетельствуют о том, что потребность в методе детекции лжи достаточно высока и необходимость его использования будет возрастать.

Вместе с тем при тестировании на полиграфе обвиняемый из субъекта уголовного процесса превращается в объект исследования, а его право давать показания становится обязанностью. Также следует отметить, что тестирование производится при отсутствии защитника: поскольку оно не является следственным действием, то защитника о его проведении вообще не уведомляют.

Немаловажным является вопрос профессиональной подготовки эксперта, так как это оказывает решающее влияние на результаты испытания. Поэтому необходимо разрабатывать государственные требования к содержанию и уровню подготовки специалистов. В настоящее время в Республике Беларусь ощущается острый дефицит специалистов-полиграфологов, способных проводить тестирования в процессуальных условиях. В какой-то степени это объясняется категорично отрицательным отношением к прибору.

Согласно Приказу МВД РФ № 353 «Об обеспечении внедрения полиграфа в деятельность органов внутренних дел», опрос с применением полиграфа проводят сотрудники оперативно-технических и оперативных подразделений органов внутренних дел, прошедшие специальную подготовку и имеющие допуск на право работы с полиграфными устройствами. Документами, подтверждающими такое право, являются справка или свидетельство установленной формы, выдаваемые Квалификационной комиссией при Всероссийском научно-исследовательском институте МВД.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Закон Республики Беларусь от 9 июля 1999 года № 289-З «Об оперативно-розыскной деятельности». [Электронный ресурс]. – Режим доступа : http://www.pravo.by/webnpa/text.asp?RN=H19900289. – Дата доступа : 25.10.11.

2. Приказ МВД Российской Федерации от 12 сентября 1995 года № 353 «Об обеспечении внедрения полиграфа в деятельность органов внутренних дел». [Электронный ресурс]. – Режим доступа : http://lawru.info/base76/part8/d76ru8679.htm. - Дата доступа : 22.10.11.

3. Дунец, С. Детектор правды и лжи / С. Дунец // Законность и правопорядок. – 2010. - № 4(16).



В.А. БЕРЕЗЮК
Брест, БрГУ имени А.С. Пушкина

Научный руководитель: Марчук Е.А., преподаватель кафедры теории и истории государства и права
СРАВНИТЕЛЬНО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ ОСНОВНЫХ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ВЗЫСКАНИЙ В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ И РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Административные взыскания в Республике Беларусь и Российской Федерации закреплены в кодексах об административных правонарушениях (далее КоАП) Республики Беларусь и Российской Федерации. Кодексы об административных правонарушениях России и Беларуси имеют как общие черты, так и существенные различия в регулировании мер административной ответственности.

Следует отметить, что общей нормативной основой кодексов об административных правонарушениях Республики Беларусь и Российской Федерации явился кодекс Российской Советской Федеративной Социалистической Республики об административных правонарушениях, принятый 20 июня 1984 года.

Одной из новелл КоАП Российской Федерации является введение термина — «административные наказания». В КоАП Российской Советской Федеративной Социалистической Республики меры административной ответственности именовались административными взысканиями.

Анализ российской административно-правовой литературы, позволяет выделить два прямо противоположных подхода к терминологии названия мер административной ответственности. Так, Ю. С. Адушкин, И. В. Максимов, А. П. Шергин безоговорочно поддерживают появление в действующем КоАП Российской Федерации термина административных наказаний[1], [2], [3]. Другие административисты справедливо, на наш взгляд, высказывают сомнения в правильности изменения названия принудительных мер, применяемых за административные правонарушения. Например, В. Д. Сорокин, выступая против новой терминологии «административные наказания», пишет: «Известным образом девальвируется самая значительная форма государственного принуждения за наиболее тяжкие правонарушения — уголовное наказание. Ее некоторая обособленность от массы проступков административного и дисциплинарного характера теперь «растворяется» в преобладающей массе административных наказаний, которые к тому же обнаруживают иногда явное несоответствие между содеянным и мерой воздействия»[4].

Мы разделяем позицию тех ученых, которые не согласны с произведенной терминологической заменой: она недостаточно продуманна и нелогична. Позиция законодателя в КоАП Российской Федерации нам представляется непоследовательной. Отказавшись от термина «административные взыскания», он тем не менее в Трудовом кодексе Российской Федерации полностью предусмотрел дисциплинарные взыскания (ст. 192), а не дисциплинарные наказания [5]. Налицо двойной стандарт в названии мер различных видов юридической ответственности: уголовные наказания, административные наказания, но дисциплинарные взыскания.

   Административное наказание является установленной государством мерой ответственности за совершение административного правонарушения и применяется в целях предупреждения совершения новых правонарушений, как самим правонарушителем, так и другими лицами. Административное наказание не может иметь своей целью унижение человеческого достоинства физического лица, совершившего административное правонарушение, или причинение ему физических страданий, а также нанесение вреда деловой репутации юридического лица [6].

Кстати, КоАП Республики Беларусь традиционно называет меры административной ответственности — административными взысканиями (ст. 6.1—6.3 и др.).

Административное взыскание является мерой административной ответственности. Административное взыскание, налагаемое на физическое лицо, применяется в целях воспитания физического лица, совершившего административное правонарушение, а также предупреждения совершения новых правонарушений как самим физическим лицом, совершившим такое правонарушение, так и другими физическими лицами [7].

Общим для КоАП Российской Федерации и КоАП Республики Беларусь является то, что меры административной ответственности делятся на основные и дополнительные.

В качестве основных взысканий согласно ч. 1 ст. 6.3 КоАП Республики Беларусь применяются:  предупреждение, штраф, исправительные работы и административный арест.

Согласно ч. 1 ст. 3.3 КоАП Российской Федерации в качестве основных административных наказаний используются: предупреждение, административный штраф, лишение специального права, предоставленного физическому лицу, административный арест, дисквалификация и административное приостановление деятельности.

Следует отметить, что перечни основных и дополнительных мер административной ответственности не тождественны.

Дополнительные меры административной ответственности в законодательстве России и Беларуси регулируются по-разному. Новеллой КоАП Республики Беларусь в отличие от КоАП Российской Федерации является то, что в нем предусмотрены взыскания, которые могут применяться только как дополнительные: конфискация, взыскание стоимости предмета административного правонарушения (ч. 3 ст. 6.3).

По нашему мнению, заслуживает внимания стремление белорусского законодателя выделить в самостоятельную группу взыскания, которые могут применяться исключительно в качестве дополнительных. Целесообразно и в КоАП Российской Федерации предусмотреть административные наказания, которые могли бы применяться только в качестве дополнительных. Одним из таких наказаний могла бы быть конфискация орудия совершения или предмета административного правонарушения.

КоАП Российской Федерации и КоАП Республики Беларусь устанавливают некоторые общие меры административной ответственности: предупреждение, штраф, лишение специального права, конфискацию, административный арест.

Разумеется, регулирование некоторых названных мер административной ответственности в рассматриваемых нами кодексах имеет свою специфику, на которой хотелось бы остановиться более подробно.

Обозначение наиболее распространенной меры административной ответственности — штрафа в КоАП Российской Федерации сформулировано более удачно — «административный штраф» (ст. 3.5). Тем самым законодатель четко разграничил административный штраф и штраф как меру уголовного наказания. К сожалению, в КоАП Республики Беларусь, как и прежде, в качестве меры административной ответственности указан штраф. Одновременно в ст. 50 Уголовного Кодекса Республики Беларусь предусмотрено наказание в виде штрафа [8]. В связи с этим, целесообразно переименовать статью 6 КоАП Республики Беларусь, то есть назвать её «административный штраф».

Оба кодекса об административных правонарушениях предусматривают в качестве самой строгой меры административной ответственности административный арест. Установлен общий срок административного ареста — 15 суток. Однако КоАП Российской Федерации в отличие от КоАП Республики Беларусь предусматривает еще один срок административного ареста — 30 суток, который применяется за нарушение режима чрезвычайного положения или режима в зоне проведения контртеррористической операции (ч. 1 ст. 3.9).В виду вышеизложенного имеет смысл учесть российский опыт и изменить градацию срока административного ареста в КоАП Республики Беларусь.

Законодательство обеих стран об административных правонарушениях устанавливает круг лиц, в отношении которых запрещается применение административного ареста.

В соответствии с КоАП Республики Беларусь, административный арест не может применяться к беременным женщинам, инвалидам І и ІІ группы, женщинам и одиноким мужчинам, имеющим на иждивении несовершеннолетних детей или детей-инвалидов, к лицам, имеющим на иждивении инвалидов І группы, к лицам, осуществляющим уход за престарелыми, достигшими восьмидесятилетнего возраста, несовершеннолетним в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет. Лица, на которых распространяется статус военнослужащего, а также лица начальствующего и рядового состава органов внутренних дел, органов финансовых расследований Комитета государственного контроля Республики Беларусь, органов и подразделений по чрезвычайным ситуациям несут ответственность за совершение административных правонарушений на общих основаниях также не могут быть подвергнуты административному аресту.

В соответствии с КоАП Российской Федерации, административный арест устанавливается и назначается лишь в исключительных случаях за отдельные виды административных правонарушений и не может применяться к беременным женщинам, женщинам, имеющим детей в возрасте до четырнадцати лет, лицам, не достигшим возраста восемнадцати лет, инвалидам I и II групп, военнослужащим, гражданам, призванным на военные сборы, а также к имеющим специальные звания сотрудникам органов внутренних дел, органов и учреждений уголовно-исполнительной системы, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ и таможенных органов. Сравнительный анализ показывает, что в КоАП Республики Беларусь круг таких лиц шире, чем в КоАП Российской Федерации. К новым категориям лиц, в отношении которых запрещено применять административный арест, белорусский законодатель отнес следующие: 1) женщин и одиноких мужчин, имеющих на иждивении несовершеннолетних детей или детей-инвалидов; 2) лиц, имеющих на иждивении инвалидов I группы; 3) лиц, осуществляющих уход за престарелыми, достигшими восьмидесятилетнего возраста.

Учитывая, что административный арест является самой строгой мерой административной ответственности и руководствуясь принципом гуманизма, следует подумать, опираясь на белорусский опыт, о расширении круга лиц, в отношении которых не может быть применен административный арест, и в КоАП Российской Федерации.

Далее, хотелось бы акцентировать внимание на такой мере административной ответственности, как исправительные работы. В КоАП Российской Федерации нет такого административного наказания, как исправительные работы. Исключив исправительные работы из перечня административных наказаний, законодатель учел положения Конвенции об упразднении принудительного труда, принятой 25 июня 1957г. Генеральной конференцией Международной организации труда [9]. Правда, в Уголовном кодексе Российской Федерации исправительные работы в качестве уголовного наказания сохранены (ст. 50) [10].

Весьма любопытный подход в регулировании исправительных работ как меры административного взыскания зафиксирован в КоАП Республики Беларусь.

Согласно ст. 6.6 исправительные работы устанавливаются на срок от одного до двух месяцев и отбываются по месту работы физического лица, освобожденного от уголовной ответственности с привлечением к административной ответственности в порядке, предусмотренном ст. 86 Уголовного Кодекса Республики Беларусь. Суть предложенной новации заключается в том, что исправительные работы не могут быть применены к лицам, совершившим административные правонарушения.

Исправительные работы как мера административного взыскания в соответствии со ст. 86 Уголовного Кодекса Республики Беларусь применяются исключительно к лицам, освобожденным от уголовной ответственности за преступления, не представляющие большой общественной опасности, и возместившим ущерб либо иным образом загладившим нанесенный преступлением вред с привлечением к административной ответственности.

В связи с изложенным нам представляется недостаточно обоснованной критика белорусского законодателя за то, что в КоАП Республики Беларусь он не отказался от такого административного взыскания, как исправительные работы [11]. Мы убеждены, что необходимо учитывать качественно новый подход к исправительным работам.

В заключение отметим, что, несмотря на некоторые различия в регулировании мер административной ответственности в КоАП Российской Федерации и в КоАП Республики Беларусь, есть и немало общего, что позволяет говорить в перспективе о тенденции сближения законодательства об административных правонарушениях двух стран. Реально оценивая сложившуюся ситуацию, связанную с формированием Союзного государства Беларусь — Россия, существует возможность создания единого, более усовершенствованного, кодекса об административных правонарушениях на основании синтеза имеющихся на данный момент кодексов.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:



  1. Адушкин, Ю.С. Квазиадминистративная ответственность (старые и новые про­блемы реформирования законодательства об административных правонарушениях) / Ю.С. Адушкин. – Екатеринбург: Урал. ун-та, 2003. – 220 с.

  2. Максимов, И. В. Административные наказания: понятие, правовое содер­жание и их система / И. В. Максимов, Н. М. Конина. – М.: Норма, 2009. – 464 с.

  3. Комментарий к Кодексу Российской Федерации об административных правонарушениях / А. П. Шергин. – М.: Норма, 2002. –  1216 c.

  4. Сорокин, В. Д. Правовое регулирование: предмет, метод, процесс (макроуровень) / В. Д. Сорокин. – СПб.: Юрид. центр Пресс, 2003.  – 661 c.

  5. Трудовой кодекс Российской Федерации:  принят Государственной думой 21 декабря 2001 г.:  oдобрен Советом Федерации 26 декабря 2001.: текст по состоянию на 1 октября 2011 года.  – М.: Омега-Л, 2011. – 192 c.

  6. Кодекс об административных правонарушениях Российской Федерации: принят Государственной Думой 20 декабря 2001 г.: oдобрен Советом Федерации 26 декабря 2001 г.: текст по состоянию на 15 марта 2011г. – М.: «ЭКСМО», 2011. – 320 c.

  7. Кодекс об административных правонарушениях Республики Беларусь: принят Палатой представителей 17 декабря 2002 г.: oдобрен Советом Республики 2 апреля 2003 г.: текст по состоянию на 17 января 2011г. – Минск: Амалфея, 2011. – 400 c.

  8. Уголовный кодекс Республики Беларусь:  принят Палатой представителей 2 июня 1999 г.: одобрен Советом Республики 24 июня 1999 г.: текст по состоянию на 1 марта 2011г. – Минск: Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь, 2011. – 304 c.

  9. Конвенция об упразднении принудительного труда [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://zakon2006.by.ru/part30/doc39344.shtm. – Дата доступа: 18.10.2011.

  10. Уголовный кодекс Российской Федерации:  принят Государственной Думой 24 мая 1996 г.: oдобрен Советом Федерации 5 июня 1996 г.: текст по состоянию на 22 марта 2011 г. – М.: Омега-Л , 2011. – 176 c.

  11.  Татарян, В. Г. Новое административно-деликтное законодательство Республи­ки Беларусь: первые впечатления и размышления / В. Г. Татарян. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2004. 359 c.



Секция № 1
«правовые аспекты интеграции государств постсоветского пространства в рамках СНГ »
Д.В. ЛАБЕНСКИЙ
Брест, БрГУ имени А.С. Пушкина

Научный руководитель: Береговцова Д.С., заведующий кафедрой теории и истории государства и права, кандидат юридических наук, доцент
СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ПРАВИТЕЛЬСТВЕННОЙ МОДЕЛИ В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ С УЧЕТОМ ОПЫТА ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАН
Правительство и руководимый им аппарат управления – важнейшая составная часть и центральное звено всего государственного механизма.

Правительство в государстве в широком понимании этого понятия – это не только коллегиальный орган управления и координации внешней и внутренней политики, но на практике управление государством осуществляется через институты президента и правительства в узком понимании. Однако принадлежность исполнительной власти конкретному органу зависит не только от установленных конституционных и иных норм, но и от конкретного общественно-исторического и политического развития государства.

В современных условиях по конституциям различных стран исполнительная власть принадлежит либо главе государства и правительству (совету, кабинету министров), либо только главе государства, президенту, либо только правительству. На деле во многих странах глава государства (монарх или президент) лишь формально обладает исполнительной властью, в парламентарных республиках и парламентарных монархиях ее осуществляет правительство (совет, кабинет министров), по совету которого, а на деле по указанию, президент издает правовые акты. В полупрезидентских республиках правительство, напротив, подотчетно президенту, в руках которого на деле сосредоточено общее руководство исполнитель­ной деятельностью, хотя по конституции исполнительная власть может принадлежать лишь правительству.

Согласно ст. 106 Конституции Республики Беларусь исполнительную власть в Республике Беларусь осуществляет Правительство – Совет Министров Республики Беларусь – центральный орган государственного управления.

Правительство Республики Беларусь – Совет Министров Республики Беларусь – имеет свою сложную организационную структуру, суть и назначение которой необходимы для максимально эффективного осуществления исполнительной власти в государстве и исполнения функций, возложенных на Правительство Конституцией и иными нормативными правовыми актами.

Характеризуя самостоятельное положение Правительства в системе разделения властей, следует учитывать особенности взаимоотношения Правительства с Президентом. Согласно п. 7 ст. 84 Конституции Республики Беларусь Президент определяет структуру Правительства, назначает на должность и освобождает от должности заместителей Премьер-министра, министров и других членов Правительства, принимает решение об отставке Правительства и его членов. Он обладает правом руководить Правительством, председательствуя на его заседаниях, отменять акты Правительства, его указы и декреты обязательны для исполнения Правительством. Все это свидетельствует о том, что белорусская модель конституционно-правового статуса Правительства тесно связана с конституционно-правовым статусом Президента. В этой связи можно говорить об определенном дуализме исполнительной власти в Республике Беларусь. Основу такого дуализма составляет конституционно-правовая компетенция Правительства и Президента. [3, с. 397]



По общему правилу члены правительства в президент­ских республиках назначаются и освобождаются от должности президентом. Однако Премьер-министр Респуб­лики Беларусь как лицо, непосредственно осуществляющее руководство Правительством, назначается на должность с согласия Палаты представителей. Такая конструкция, с одной стороны, обеспечивает контроль Парламента за важ­ным кадровым назначением, возможность его влияния на этот процесс, а с другой стороны, делает Президента самостоятельным при решении вопроса о назначении, об освобождении не справившихся со своими обязанностями иных должностных лиц в Правительстве.

В то же время Президент самостоятельно принимает отставку членов Правительства. Согласно действующему законодательству отставкой является прекращение вы­полнения обязанностей по инициативе самого работника. В практике уже имели место случаи ухода в отставку Пре­мьер-министра и членов Правительства. Решение Парла­мента по данному вопросу не принималось.

Президент вправе также создавать и упразднять минис­терства, государственные комитеты и другие республикан­ские органы государственного управления, в том числе не входящие в систему Совета Министров. [4, с. 77]

Таким образом, рассмотрев особенности правительственных моделей ведущих зарубежных государств и Республики Беларусь, мы можем сделать вывод о том, что Республика Беларусь построила свою правительственную модель на основе моделей других государств, переняв наиболее прогрессивные идеи, однако внесла ряд изменений с учетом конкретного общественно-исторического развития нашего народа и государства.

Также стоит отметить, что Республика Беларусь, избрав путь демократического и правового государства, построила свою систему правительственных органов в рамках теории разделения властей, что подчеркивается большим сходством с моделью правительственных органов Франции, но все же отличную от нее. Во Франции исполнительная власть практически равномерно распределена между Правительством и Президентом, в Республике Беларусь же чаша весов исполнительной власти склоняется в сторону Президента.

Правительственная модель Республики Беларусь отлична от правительственной модели США, в которой исполнительная власть находится в руках президента, который, в принципе, не ограничен в своих полномочиях таким коллегиальным органом, как совет министров. Отлична она и от британской модели, в частности тем, что вся исполнительная власть в Великобритании принадлежит Правительству, а должности президента нет вообще.

Дальнейшее совершенствование правительственной модели Республики Беларусь необходимо проводить с учетом зарубежного опыта и современных тенденций развития нашего государства. При этом необходимо учитывать, по какому пути нам необходимо идти и какие изменения для этого необходимо сделать.

Например, если мы считаем, что американская модель более необходима в современных условиях, то нужно в конечном итоге упразднить Правительство как коллегиальный орган государственного управления. Или же, диаметрально противоположно, упразднить должность Президента и передать всю исполнительную власть коллегиальному Правительству во главе с премьер-министром. Хотя такие радикальные перемены маловероятны, все же нельзя полностью исключать их из возможных вариантов развития.

Однако сегодняшняя ситуация говорит нам о том, что серьезных изменений в модели построения системы органов исполнительной власти в Республике Беларусь в ближайшее время не предвидится. Соответственно, нам необходимо обратить внимание на изменение не типа модели, а отдельных ее элементов. В частности, на разделение управленческих полномочий между Президентом и Советом Министров.

Сегодня у Президента Республики Беларусь значительно больше полномочий по управлению государством, чем у Правительства. Это выражается и в кадровых вопросах, решаемых Президентом относительно Правительства, и вышестоящим его положением в системе органов государственного управления, и во многих других полномочиях. Показателен тот факт, что акты президента, такие как декреты и указы, имеют большую юридическую силу, чем акты Правительства.

Возможное совершенствование правительственной модели нашего государства представляется мне в следующем. Прежде всего, необходимо уравновесить политическую силу Президента и Правительства Республики Беларусь, то есть ввести ряд ограничений в полномочиях Президента и расширить полномочия Правительства как коллегиального органа. Это вполне соответствует идеалам приверженцев теории разделения властей и будет пресекать возможности концентрирования государственной власти в одном лице.

Кроме того, следовало бы внести изменения в институт подотчетности Правительства. На мой взгляд, Правительство должно быть подотчетно Парламенту, а не Президенту, ведь нормативные акты, которые издает Правительство, создаются во исполнение законов, то есть во исполнение актов именно Парламента.

Хотя, можно рассмотреть и другой возможный вариант: модернизация правительственной модели по американскому типу, то есть такой модели, когда во главе исполнительной власти будет находиться только Президент, у которого в подчинении будет находиться довольно большой штат сотрудников, вспомогательных органов, осуществляющих поддержку и помощь в управлении государством.

В этом случае необходимо расширить круг полномочий Президента, что в конечном итоге приведет к упразднению Совета Министров как ненужного органа.

Однако по какому бы пути развития не пошла Республика Беларусь, определенные общественно-экономические и политические обстоятельства приведут к приспособлению правительственной модели к новым требованиям, предъявляемым к организации правительственных органов, то есть к ее изменению. В конечном итоге эти изменения приведут к образованию такой правительственной модели, которая бы наиболее полно и четко отражала современные реалии и способствовала успешному развитию государства, поднимая его авторитет в глазах мирового сообщества.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ


  1. О Совете Министров Республики Беларусь: Закон Республики Беларусь от 7 июля 1998 г. № 178-З: с изм. и доп.: текст по состоянию на 23 июля 2008 г.

  2. О Президенте Республики Беларусь: Закон Республики Беларусь от 21 февраля 1995 г. № 3602-XІІ: с изм. и доп.: текст по состоянию на 6 октября 2006 г.

  3. Кодавбович В.А. Конституционное право Республики Беларусь/ В.А. Кодавбович, В.А. Круглов. – Мн.: Амалфея, 2007. – 528 с.

  4. Василевич Г.А. Конституционное право Республики Беларусь: Учебник/ Г.А. Василевич. – 2-е изд., стереотип. – Мн.: Книжный Дом, 2009. – 320 с.



Каталог: sites -> default -> files
files -> Рабочая программа дисциплины Лечебная физическая культура и массаж Направление подготовки 050100 Педагогическое образование
files -> Хроническая сердечная недостаточность и депрессия у лиц пожилого возраста
files -> Ирвин Ялом Лечение от любви и другие психотерапевтические новеллы
files -> Оценка элементного статуса в определении нутриентной обеспеченности организма. Значение нарушений элементного статуса при различной патологии
files -> Проблема безопасности продуктов питания
files -> Примерная программа профессионального модуля
files -> Бета-адреноблокаторы в терапии артериальной гипертензии// Лечащий врач. 2015. № С. 12-14
files -> Тамбовское областное государственное бюджетное учреждение «научная медицинская библиотека»


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   32


База данных защищена авторским правом ©zodorov.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница