Сборник материалов региональной научно-практической конференции студентов, аспирантов и магистрантов 3 ноября 2011 года


ОСОБЕННОСТИ ДИСЦИПЛИНАРНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ГОСУДАРСТВЕННЫХ СЛУЖАЩИХ В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ И РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ



страница7/32
Дата28.09.2017
Размер2.29 Mb.
ТипСборник
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   32

ОСОБЕННОСТИ ДИСЦИПЛИНАРНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ГОСУДАРСТВЕННЫХ СЛУЖАЩИХ В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ И РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Специфика работы государственных служащих определяется своеобразием органов, в которых они работают. С учетом особенностей трудовой деятельности государственных служащих, воплощающих в жизнь функции государства, к их поведению предъявляются повышенные требования как на службе, так и во внеслужебное время. Нарушение государственным служащим законности и дисциплины, аморальное поведение наносит существенный вред обществу и государству, подрывает авторитет государственных органов. В связи с этим Законом установлена повышенная ответственность государственного служащего.

В соответствии со ст. 56 Закона Республики Беларусь от 14 июня 2003 г. «О государственной службе в Республике Беларусь» (далее – Закон о госсслужбе) государственные служащие за неисполнение или ненадлежащее исполнение по их вине возложенных на них служебных обязанностей, превышение должностных полномочий, нарушение трудовой и исполнительской дисциплины, а равно за несоблюдение установленных законом ограничений, связанных с государственной службой, несут дисциплинарную, административную, уголовную и иную ответственность в соответствии с законодательством [1, ст. 56].

Основным видом ответственности государственных служащих Республики Беларусь и Российской Федерации является дисциплинарная ответственность, поскольку соблюдение трудовой (служебной) дисциплины и укрепление государственной дисциплины является одной из важнейших обязанностей государственного служащего. Дисциплинарная ответственность государственного служащего заключается в наложении руководителем государственного органа или уполномоченным лицом на государственных служащих установленных законом дисциплинарных взысканий. В соответствии с Трудовым кодексом основанием для привлечения к дисциплинарной ответственности является наличие дисциплинарного проступка

Следует отметить, что в дисциплинарном производстве обоих государств (в отличие от других видов юридической ответственности) отсутствует перечень нарушений, которые являются дисциплинарным проступком и могут влечь применение дисциплинарных взысканий. По мнению В.М. Манохина такой перечень составить практически невозможно из-за большого разнообразия проступков и различных условий [2, с. 182]. Дисциплинарным проступком государственного служащего являются любые действия или бездействия, связанные с неисполнением или ненадлежащим исполнением его должностных обязанностей. Они могут выражаться в умышленном нарушении правил служебного распорядка, должностных инструкций, приказа руководителя, правил работы со служебной информацией, отказ участвовать в служебных мероприятиях, отказы от служебной командировки и т.д.

Трудовое право и Республики Беларусь, и Российской Федерации различает два вида дисциплинарной ответственности: общую и специальную. Общая дисциплинарная ответственность предусмотрена Трудовым кодексом и Правилами внутреннего трудового распорядка. Она распространяется на всех работников организаций. К мерам общей дисциплинарной ответственности относится замечание, выговор, увольнение.

Государственные служащие несут специальную дисциплинарную ответственность. Она характеризуется четким определением круга лиц, на которых она распространяется, более широким понятием дисциплинарного проступка, установлением более широкого перечня мер дисциплинарного взыскания, дифференциацией мер дисциплинар­ного взыскания в зависимости от содержания трудовой функции, применением более строгих мер дисциплинарного взыскания.

Специальная дисциплинарная ответственность государственных служащих в Республике Беларусь регулируется Законом Республики Беларусь «О государственной службе в Республике Беларусь» и другими актами законодательства. Законодательством Российской Федерации отдельно выделены государственная гражданская служба и государственная правоохранительная служба. Соответственно, правовое регулирование дисциплинарной ответственности государственных гражданских служащих и сотрудников органов правоохранительной службы также отличается.

Дисциплинарные взыскания, которые могут быть применены к государственным служащим, значительно отличаются от перечня дисциплинарных взысканий, установленных Трудовым кодексом и Типовыми правилами внутреннего трудового распорядка. Законом Республики Беларусь о государственной службе (ст. 57) установлено, что к государственным служащим за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей могут применяться следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, предупреждение о неполном служебном соответствии, понижение в классе государственного служащего на срок 6 месяцев, увольнение с занимаемой должности и соответствии с Законом о госслужбе, законодательством о труде и иными законодательными актами. В соответствии со ст. 57 Федерального Закона о государственной гражданской службе за совершение дисциплинарного проступка к нарушителю могут быть применены следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, предупреждение о неполном должностном соответствии, освобождение от замещаемой должности гражданской службы, увольнение с гражданской службы по основаниям, установленным Федеральным законом о государственной гражданской службе [3, с. 24].

В отдельных отраслях и сферах государственной деятельности действуют уставы и положения о дисциплине отдельных категорий государственных служащих. В частности, основания и порядок привлечения судей судов Республики Беларусь к дисциплинарной ответственности установлен Кодексом Республики Беларусь о судоустройстве и статусе судей, дисциплинарная ответственность прокурорских работников Республики Беларусь регулируется Законом Республики Беларусь «О прокуратуре Республики Беларусь», а также Положением о прохождении службы в органах Прокурату­ры Республики Беларусь, дисциплинарная ответственность работников таможенных органов применяется в соответствии с Дисциплинарным уставом таможенных органов Республики Беларусь.

В Российской Федерации действуют аналогичные нормативные акты, регулирующие, в том числе, вопросы привлечения к дисциплинарной ответственности государственных служащих. Например, Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации», Положение о службе в органах внутренних дел, Дисциплинарный устав таможенной службы Российской Федерации и др.

К должностным лицам таможенных органов Республики Беларусь, согласно Дисциплинарному уставу, применяются следующие виды дисципли­нарных взысканий: замечание, выговор, понижение в персональном знании на одну ступень; увольнение из таможенных органов. За нарушение служебной дисциплины на сотрудников таможенных органов Российской Федерации могут налагаться: замечание, выговор, строгий выговор, предупреждение о неполном служебном соответствии по результатам аттестации; увольнение из таможенных органов [3, с. 26; 4, ст. 23].

Как видно, виды дисциплинарных взысканий, применяемых к государственным служащим различных государственных органов, в Республике Беларусь и в Российской Федерации отличаются.

Отличается и порядок применения дисциплинарного взыскания. Если в случае привлечения к общей дисциплинарной ответственности в соответствии со ст. 193 Трудового Кодекса Российской Федерации устанавливаются только сроки применения дисциплинарного взыскания и обязанность представления работником письменного объяснения, то в соответствии с п. 2 ст. 58 Федерального закона о государственной гражданской службе, применению дисциплинарного взыскания к государственному гражданскому служащему предшествует служебная проверка. В Законе Республики Беларусь о госслужбе не упоминается о проведении служебной проверки. Однако, специальными нормативными актами, регулирующими ответственность некоторых категорий работников, установлено, что при необходимости служебное расследование или служебная проверка должны проводиться.

Таким образом, дисциплинарные взыскания, которые налагаются на сотрудников различных органов обеих стран, и порядок привлечения сотрудников этих органов к дисциплинарной ответственности различаются. Поскольку дисциплинарная ответственность государственных служащих регулируется множеством нормативных актов, в которые, к тому же, часто вносятся изменения, это вызывает некоторые сложности в применении данных актов. Полагаем, что нормы, регулирующие дисциплинарную ответственность, в том числе государственных служащих, следовало бы систематизировать. Эти вопросы могли бы быть урегулированы Законом Республики Беларусь "О дисциплинарной ответственности" или даже Дисциплинарным кодексом. В них следовало бы включить общие для всех видов государственных служащих основы дисциплинарной ответственности и дисциплинарного производства, с едиными критериями, санкциями и механизмом применения мер дисциплинарного воздействия, а также, при необходимости, специальные нормы, отражающие особенности дисциплинарной ответственности некоторых категорий государственных служащих.


СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ


  1. О государственной службе в Республике Беларусь : Закон Респ. Беларусь 14 июня 2003 г., № 204-З // Национальный интернет-портал Республики Беларусь [Электронный ресурс] / Нац. центр правовой информ. Республики Беларусь. – 2011. – Режим доступа : http://www.pravo.by. – Дата доступа : 20.10.2011.

  2. Манохин В.М. Служба и служащий в Российской Федерации : правовое регулирование / В.М. Манохин. – Москва : Юристъ, 1997. – 295 с.

  3. Савин, И.Г. Дисциплинарная ответственность государственных служащих / И.Г. Савин // Государственная власть и местное самоуправление : практическое информационное издание. – 2010. – №8. – С. 22 – 27.

  4. Об утверждении Дисциплинарного устава таможенных органов Республики Беларусь : Указ Президента Респ. Беларусь, 9 марта 2011 г., № 98 // Национальный интернет-портал Республики Беларусь [Электронный ресурс] / Нац. центр правовой информ. Республики Беларусь. – 2011. – Режим доступа : http://www.pravo.by. – Дата доступа : 20.10.2011.



Ю.Г. Петрович
Брест, БрГУ имени А.С.Пушкина

Научный руководитель: Демидчик Юлия Владимировн, преподаватель кафедры истории и теории государства и права
К ВОПРОСУ О ПРОБЛЕМЕ ПРИЗНАНИЯ БРАКА В СТРАНАХ СОДРУЖЕСТВА НЕЗАВИСИМЫХ ГОСУДАРСТВ
Для семейного права, как ни для какой другой области правового регулирования, характерны весьма существенные различия между правовыми системами различных государств, которые связаны с влиянием национальных особенностей и традиций. На разработку правовых норм оказывает влияние церковь, религиозные догматы, правовые обычаи. Этим объясняется и фактическое отсутствие в рассматриваемой сфере международной унификации материально-правовых норм. Здесь безраздельно господствуют коллизионные нормы, но они лишь отсылают к праву отдельных государств, что порождает проблемы при правоприменении законодательства.

Коллизии в правовом регулировании брачно-семейных отношений проявляются не только в правовых системах государств, где господствуют разные религии, но и в государствах с одинаковым вероисповеданием и правовыми системами одной «семьи». Различия существуют практически во всех институтах семейного права. Например, в законодательстве большинства государств, предусмотрены нормы, определяющие материальные условия для лиц, вступающих в брак, но содержание этих условий в законодательстве каждого государства имеет особенности [2, с. 207].

Для Республике Беларусь, в соответствии со ст. 17 Кодекса Республики Беларусь о браке и семье условиями заключения брака являются взаимное добровольное согласие мужчины и женщины, достижение ими брачного возраста (18 лет) и отсутствие препятствий к заключению брака [4]. В других государствах могут быть установлен иные условия для вступления в брак. Так, ч. 1 ст. 13 Семейного кодекса Республики Молдова предусматривает обязательное медицинское обследование [7]; ст. 15 Семейного кодекса Узбекистана устанавливает брачный возраст для мужчин — 18 лет, для женщин — 17 лет [8].

Неоднократно предпринимались попытки унификации отдельных институтов семейного права, как универсального (Гаагские конвенции: «О законе, применимом к алиментным обязательствам в пользу детей», 1956 г. и «О признании разводов и решений о судебном разлучении супругов», 1970 г. и др.), так и регионального характеров (Кодекс Бустаманте, 1928 г.). Однако, как показала практика, значительно результативнее оказалась региональная унификация, осуществляемая на разных континентах [2, с. 209].

Анализируя вышеизложенное, можно утверждать, что крайне актуальным является исследование отдельных институтов семейного права, а именно вопроса признания брака, в рамках Содружества Независимых Государств (далее — СНГ).

Первым нормативным правовым актом, принятым в данной области, является Конвенция о правовой помощи и правоотношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, принятая в 1993 г. (известная как Минская Конвенция) [1]. «Ее положения в области коллизионного семейного права, — пишет Н. И. Марышева, — без серьезных изменений были воспроизведены в подписанной 7 октября 2002 г. в Кишиневе новой конвенции с таким же названием» [6, с. 28].

В соответствии со ст. 26 Минской Конвенции, условия заключения брака определяются для каждого из будущих супругов законодательством государства, гражданином которого он является, а для лиц без гражданства — законодательством государства, являющегося их постоянным местом жительства. Кроме того, в отношении препятствий к заключению брака должны быть соблюдены требования законодательства государства, на территории которого заключается брак [1].

Теоретически успешное применение этого положения возможно, при условии, что национальные законодательства лиц, желающих вступить в брак, а также законодательство места заключения брака, не содержат в себе противоречивых условий, а лишь предусматривают дополнительные. Например, гражданин Республики Беларусь и гражданка Республики Молдова, желают заключить брак на территории Республики Молдова. В соответствии ч. 1 ст. 13 СК Республики Молдова, обязательным условием вступления в брак является прохождение медицинского обследования [7]. В данном случае медицинское обследование выступает дополнительным условием и как следствие вышеуказанное правило действует. Либо гражданин Российской Федерации и гражданка Украины, в возрасте 17 лет, желают заключить брак на территории Республики Украины. В соответствии со ст. 22 Семейного кодекса Украины, брачный возраст устанавливается: для мужчин — 18 лет, для женщин — 17 лет [8]. Ст. 13 Семейного кодекса Российской Федерации гласит, что брачный возраст устанавливается в 18 лет [5]. На лицо наличие противоречивого условия, которым выступает брачный возраст и как результат невозможность применения ст. 26 Минской Конвенции. В результате заключения такого брака возникает проблема признания его на территории Республики Беларусь.

Проведя правовой анализ, вышеуказанной нормы приходим к выводу, что она не отвечает реалиям современной правовой базы стран СНГ, является нежизнеспособной и требует реформирования. При написании указанного правила, законодателем не учтены все аспекты семейного права государств-членов СНГ, что порождает казусы и затруднения в правоприменительной практике.

Полагаем, сложившаяся ситуация не может быть разрешена либо урегулирована посредством принятия нового нормативного правового акта. Целесообразным представляется проведение целого ряда мероприятий по унификации семейного законодательства стран указанного региона.

Успешным видится проведение мероприятий по гармонизации правовой базы стран Содружества в области проблем признания брака по следующим направлениям:

1) минимальный брачный возраст;

2) максимальное снижение брачного возраста;

3) вопрос личного присутствия во время заключения брака;

4) наличие дополнительных препятствий к заключению брака;

5) вопрос разрешения согласия родителей либо опекунов, на вступление в брак лиц, не достигших брачного возраста.

Единообразное внедрение указанных механизмов в правовые базы стран-частниц СНГ, наиболее эффективно отразится на разрешении коллизионных ситуаций и будет способствовать искоренению казусов в сфере признания брака.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:
1. Бюро переводов [Электронный ресурс] / Бюро переводов. — Минск, 2011. — Режим доступа : http : //www.trans-asvt.ru. — Дата доступа : 25.02.2011.

2. Дмитриева, Г. К. Международное частное право / Л. П. Ануфриева, К. А. Бекяшев, Г. К. Дмитриева; под ред. Г. К. Дмитриева. — М. : Велби, 2004. — 688 с.

3. КиевградЪ [Электронный ресурс] / КиевградЪ. — Минск, 2011. — Режим доступа : http : //www.kievgrad.info. — Дата доступа : 2.02.2011.

4. Кодекс Республики Беларусь о браке и семье : Закон Респ. Беларусь, 9 июля 1999 г., № 278-З; в ред. Закона Респ. Беларусь от 15 июля 2010 г., № 166-З // Нац. реестр правовых актов Респ. Беларусь. — 2010. — № 183. — 2/1718.

5. Консультант Плюс [Электронный ресурс] / Консультант Плюс. — Минск, 2011. — Режим доступа : http : //www.consultant.ru. — Дата доступа : 22.02.2011.

6. Марышева, Н. И. Семейные отношения с участием иностранцев / Н. И. Марышева. — М. : Эксмо, 2007 — 240 с.

7 . СоюзПравоИнформ [Электронный ресурс] / СоюзПравоИнформ. — Минск, 2011. — Режим доступа : http : //www.base.spinform.ru. — Дата доступа : 25.02.2011.

8. Центр правовой информатизации при Министерстве юстиции Республики Узбекистан [Электронный ресурс] / Центр прав. информатизации при Министерстве юстиции Респ. Узбекистан. — Минск, 2011. — Режим доступа : http : //www.lex.uz. — Дата доступа : 27.02.2011.



И.Н. СИЖУК
Брест, БрГУ имени А.С. Пушкина

Научный руководитель: Лосев Владимир Владимирович, зав. кафедры уголовно-правовых дисциплин, к.ю.н., доцент
АНАЛИЗ ЗАЩИТЫ ГОСУДАРСТВЕННЫХ СЕКРЕТОВ В СТРАНАХ СНГ
Системы защиты государственных секретов в государствах, образовавшихся на пространствах бывшего СССР, объективно имеют общие корни, происходящие от системы защиты информации, ранее имевшей место в СССР.

В начале 90-х годов в созданных независимых государствах активно начало развиваться законотворчество в сфере защиты государственных секретов. Первыми были приняты Закон Республики Казахстан «О защите государственных секретов» (январь 1993 г.) и Закон Российской Федерации «О государственной тайне» (июль 1993 г.).

В январе 1993 года правительствами государств – участников Содружества Независимых государств (далее – СНГ), исходя из желания обеспечить защиту секретной информации, обмен которой осуществляется в ходе политического, военного, экономического, научно-технического и иного сотрудничества, было заключено Соглашение о взаимном обеспечении сохранности межгосударственных секретов. В качестве одной из целей Рекомендательного законодательного акта «О принципах регулирования информационных отношений в государствах СНГ», принятого в мае 1993 года, было определено «создание единых правовых условий для обеспечения защиты и конфиденциальности информации».

В последующие годы сформировалось законодательство о защите государственной тайны и в других государствах постсоветского пространства. За прошедший период в эти законодательные акты неоднократно вносились изменения. В определенной мере пересматривались подходы к правовому положению субъектов отношений, расширялись виды ответственности за правонарушения и др. Так, например, в 2010 году в Республике Беларусь приняты новый Закон «О государственных секретах» и ряд других нормативных актов, содержащих правовые новеллы концептуального характера.

В действующем сегодня законодательстве государств – членов СНГ существуют как отдельные концептуальные различия, так и различия в структуре элементов правового регулирования, что отражает результаты самостоятельного на протяжении почти двух десятилетий развития собственных правовых систем независимых государств. Вместе с тем процессы, происходящие в рамках правового регулирования международного сотрудничества, носят характер упорядочивания и унификации.

Следует отметить, что в законах всех государств – членов СНГ в той или иной мере определены перечни сведений, относимых к государственной тайне, что может рассматриваться как непосредственное закрепление принципа законности при построении системы правового регулирования защиты государственных тайн. Нашел свое закрепление в законодательных актах государств также и принцип обоснованности засекречивания сведений, что позволяет легализовать содержательную оценку относимости к государственной тайне конкретных сведений. При этом в числе основных принципов правового регулирования информационных отношений, наряду с законодательным закреплением прав всех субъектов на поиск, получение, использование и распространение информации, определено установление правовых форм защиты информации и гарантий информационной безопасности.

В рамках работы Межпарламентской Ассамблеи Государств – участников Содружества Независимых Государств (далее – МПА СНГ) вопросы защиты государственной тайны были учтены при разработке уголовно-правовых и уголовно-процессуальных модельных законодательных актов. Они нашли отражение в принятых в 1996 г. в качестве рекомендательных законодательных актов модельном Уголовном и Уголовно-процессуальном кодексах. Однако не все прогрессивные новации модельных законов нашли отражение в национальных законах, по-прежнему обоснована постановка вопроса об их реализации при развитии национальных законодательств.

Важным этапом унификации и гармонизации законодательства в сфере защиты государственной тайны стало принятие МПА СНГ в 2003 г. модельного закона «О государственных секретах». Развитие международного сотрудничества сделало актуальным вопрос о принятии решений по совершенствованию и гармонизации национальных законодательств о защите сведений, составляющих государственную тайну, в целях выработки и реализации согласованной политики и совместных мер защиты таких сведений.

В системе обеспечения национальной и коллективной безопасности государств – членов Организации Договора о коллективной безопасности (далее – ОДКБ) защита государственной тайны представляется одной из её важнейших составляющих, призванных обеспечить гарантии обороноспособности, а также сохранение приоритета новейших научных и технологических разработок в ряде отраслей экономики.

В настоящее время в рамках Организации Договора о коллективной безопасности действует ряд двусторонних межправительственных соглашений о защите секретной информации. К их числу относятся соглашение между Российской Федерацией и Республикой Беларусь о взаимном обеспечении защиты государственной тайны Российской Федерации и государственных секретов Республики Беларусь (2003 г.), соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Казахстан о взаимной защите секретной информации (2004 г.) и другие.

Базовым различием правового регулирования отношений в сфере оборота государственных секретов в законодательстве стран СНГ представляется толкование основных понятий.

Это можно проиллюстрировать, обратившись к сравнительному анализу базовых законов. Основы отношений в сфере защиты государственных секретов регламентируются ныне действующими в Российской Федерации и в Республики Таджикистан законами «О государственной тайне»; в Республике Армения – законом «О государственной и служебной тайне»; в Республике Беларусь и в Республике Казахстан – законами «О государственных секретах»; в Кыргызской Республике и в Республике Узбекистан – законами «О защите государственных секретов».

Различия видны уже в самом названии базовых законов. При этом если российское и таджикское законодательства использует единое неделимое понятие «государственная тайна», а кыргызское законодательство – понятие «государственные секреты», то в белорусском и казахстанском законодательствах о государственных секретах выделены две правовые категории: «государственная тайна» и «служебная тайна», а государственные секреты Республики Узбекистан подразделяются на три категории: «государственную, военную и служебную тайну».

Наибольшие различия в национальных правовых институтах имеют место в толковании таких понятий, как «допуск» и «доступ». В законодательствах Российской Федерации и Республики Таджикистан под допуском понимают процедуру оформления права граждан на доступ к сведениям, составляющим государственную тайну, а предприятий, учреждений и организаций - на проведение работ с использованием таких сведений. В Республике Казахстан под допуском понимают процедуру оформления права граждан на доступ к сведениям, составляющим государственные секреты, а организаций – на проведение работ с использованием таких сведений. В Республике Беларусь под допуском понимается право гражданина Республики Беларусь, иностранного гражданина, лица без гражданства или государственного органа, иной организации на осуществление деятельности с использованием государственных секретов. А в Республике Узбекистан Закон «О защите государственных секретов» не содержит нормативного определения понятия «допуск». Что касается понятия «доступ», то в Российской Федерации и Республике Таджикистан под ним понимают санкционированное полномочным должностным лицом ознакомление конкретного лица со сведениями, составляющими государственную тайну. В Республике Казахстан доступ – это санкционированное полномочным должностным лицом ознакомление конкретного лица со сведениями, составляющими государственные секреты. В Республике Беларусь же доступ – это ознакомление гражданина Республики Беларусь, иностранного гражданина, лица без гражданства с государственными секретами или осуществление им иной деятельности с использованием государственных секретов. А в Кыргызской Республике и в Республике Узбекистан Законы «О защите государственных секретов» не содержат нормативного определения понятия «доступ».

Имеющиеся различия в нормативно-правовой базе отдельных государств могут создавать предпосылки для разглашения сведений, составляющих государственную тайну, способствовать потенциальной возможности утечки засекреченной информации, негативно отразиться на военном и военно-техническом сотрудничестве государств – членов СНГ.

За прошедшее время не все прогрессивные новации модельных законов нашли отражение в национальных законах, а развитие интеграционных процессов высветило новые проблемы. Так в системе СНГ, например, в настоящее время функционирует ряд международных организаций, деятельность которых требует получения сведений, относимых национальными законодательствами к государственной тайне (государственным секретам). В то же время модельное законодательство (ст. 28 модельного закона «О государственных секретах») не предусматривает возможность передачи сведений, составляющих государственную тайну, международным организациям. Положения о передаче сведений, составляющих государственную тайну другим государствам или международным организациям, включены сегодня только в Закон Российской Федерации «О государственной тайне», Закон Республики Таджикистан «О государственной тайне» и в Закон Республики Беларусь «О государственных секретах».



Каталог: sites -> default -> files
files -> Рабочая программа дисциплины Лечебная физическая культура и массаж Направление подготовки 050100 Педагогическое образование
files -> Хроническая сердечная недостаточность и депрессия у лиц пожилого возраста
files -> Ирвин Ялом Лечение от любви и другие психотерапевтические новеллы
files -> Оценка элементного статуса в определении нутриентной обеспеченности организма. Значение нарушений элементного статуса при различной патологии
files -> Проблема безопасности продуктов питания
files -> Примерная программа профессионального модуля
files -> Бета-адреноблокаторы в терапии артериальной гипертензии// Лечащий врач. 2015. № С. 12-14
files -> Тамбовское областное государственное бюджетное учреждение «научная медицинская библиотека»


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   32


База данных защищена авторским правом ©zodorov.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница