Сборник Выпуск 3 Москва•2015 ббк 67. 721-9 А43 Под общей редакцией



страница7/8
Дата28.09.2017
Размер1.66 Mb.
ТипСборник
1   2   3   4   5   6   7   8

Каков порядок применения положений об истечении сроков давности в случаях, когда лица, совершившие преступление на территориях Республики Крым и г. Севастополя до 18 марта 2014 г., скрываются от следствия и суда и объявлены в розыск?

Согласно ч. 3 ст. 78 УК РФ течение сроков давности привлечения к уголовной ответственности приостанавливается, если лицо, совершившее преступление, уклоняется от следствия или суда. В этом случае течение сроков возобновляется с момента задержания указанного лица или явки его с повинной. Однако нормы УК Украины, регламентирующие освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности, предусматривают менее строгие условия (лицо освобождается от уголовной ответственности, если со времени совершения преступления прошло 15 лет, несмотря на приостановление течения сроков давности).

Для решения вопроса о том, нормами какого уголовного закона (Украины или России) следует руководствоваться, необходимо обратиться к ст. 2 Федерального закона от 05.05.2014 № 91-ФЗ «О применении положений Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя», которая устанавливает, что преступность и наказуемость деяний, совершенных на территориях Республики Крым и города Севастополя до 18 марта 2014 г., определяются на основании уголовного законодательства Российской Федерации. Поворот к худшему при этом не допускается. Однако освобождение от уголовной ответственности не относится к институтам преступности и наказуемости деяний, а является иным уголовно-правовым последствием. В соответствии со ст. 3 УК РФ преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только УК РФ.

Таким образом, законодатель не установил специальных правил применения уголовного закона России в части регламентации иных уголовно-правовых последствий. Поскольку запрет на поворот к худшему установлен лишь для решения вопросов преступности и наказуемости деяния, полагаем, что данный запрет не распространяется на порядок применения норм об иных уголовно-правовых последствиях. Это дает основание применять ст. 78 УК РФ, несмотря на то что нормы сходной с ней ст. 49 УК Украины предусматривали улучшенное положение лица, совершившего преступление.

На основании изложенного приходим к выводу, что в рассматриваемых случаях лица подлежат уголовному преследованию в соответствии с уголовным законодательством Российской Федерации.

Как квалифицировать общественно опасные деяния, совершенные на территории Республики Крым и г. Севастополя в период до 18 марта 2014 г., направленные против интересов Украины?

Действие уголовного закона в пространстве и по кругу лиц на территории новых субъектов Российской Федерации определяется положениями не только УК РФ, но и Федерального закона от 05.05.2014 № 91-ФЗ «О применении положений Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя» (далее – Закон № 91-ФЗ), согласно ст. 2 которого (как уже указывалось в ответе на предыдущий вопрос) преступность и наказуемость деяний, совершенных на территориях Республики Крым и г. Севастополя до 18 марта 2014 г., определяются на основании уголовного законодательства Российской Федерации; поворот к худшему при этом не допускается. Нормы указанного Федерального закона по своей юридической силе имеют приоритетное значение, поскольку носят характер переходных положений к УК РФ и УПК РФ.

Следует обратить внимание на то обстоятельство, что в названной статье, по сути, установлены дополнительные правила действия уголовного закона в пространстве и по кругу лиц для территории Республики Крым и г. Севастополя, выбивающиеся из общего контекста положений ст. 11 и 12 УК РФ, поскольку в ней не делается оговорки относительно гражданства лица, совершившего преступление, и объекта преступного посягательства. Принятие законодателем федерального закона, содержащего переходные положения, свидетельствует о том, что действующих уголовно-правовых норм недостаточно для урегулирования новых правоотношений либо отдельные нормы не могут применяться в сложившейся обстановке.

Проблемы вызывает вопрос уголовной ответственности за преступления, объектом которых на момент совершения являлись интересы Украины. К их числу относятся преступления против основ национальной безопасности Украины, преступления против авторитета органов государственной власти и органов местного самоуправления Украины, преступления в сфере служебной деятельности, против правосудия, против установленного порядка несения военной службы, а также некоторые виды преступлений в сфере хозяйственной деятельности. Подавляющее большинство лиц, совершивших указанные преступления, на момент их совершения являлись гражданами Украины.

Правоприменительная практика по таким делам складывается крайне противоречиво. Так, судами Республики Крым и г. Севастополя было вынесено несколько обвинительных приговоров по ст. 290 УК РФ. Осужденные, являясь должностными лицами Украины, получали взятки на указанной территории до включения ее в Российскую Федерацию. В то же время последней тенденцией в следственной практике стало принятие решений об отказе в возбуждении уголовного дела, обоснованных тем, что объектами преступлений выступали общественные отношения в сфере государственной власти Украины. В случае посягательства на несколько охраняемых уголовным законом объектов (например, интересы Украины и права человека) возбуждаются уголовные дела по соответствующим статьям УК РФ общеуголовной направленности (преступления против личности, собственности и т.д.).

Такое обоснование не в полной мере соответствует положениям ст. 2 Закона № 91-ФЗ. Квалифицируя содеянное в рассматриваемых случаях, следует исходить из положений российского уголовного закона, определяющего преступность деяния. Причина не в том, что объектами преступлений выступают общественные отношения в сфере государственной власти или экономики Украины, а в том, что такие деяния не содержат всех составообразующих признаков преступления. Например, уголовная ответственность за уклонение от уплаты налогов и сборов может наступать по ст. 198, 199 УК РФ только в том случае, когда имеется нарушение российского законодательства о налогах и сборах.

Применительно к должностным преступлениям на первый план выступает проблема специального субъекта преступления. Так, субъектами получения взятки в соответствии со ст. 290 УК РФ являются должностные лица, иностранные должностные лица либо должностные лица публичной международной организации. Субъектом иных должностных преступлений может быть только российское должностное лицо, признаки которого изложены в примечании 1 к ст. 285 УК РФ.

Анализ нескольких обвинительных приговоров показал, что украинские должностные лица привлекались к ответственности по ст. 290 УК РФ в качестве «должностных лиц». Однако данная позиция противоречит уголовно-правовому определению должностного лица, под которым понимается только российское должностное лицо. Виновные в коррупционных преступлениях, совершенных до 18.03.2014, обладают всеми признаками иностранного должностного лица, закрепленными в п. 2 примечаний к ст. 290 УК РФ. Вместе с тем в России отсутствует практика привлечения к уголовной ответственности иностранных должностных лиц.

Касательно иных должностных преступлений при отсутствии специальных признаков субъекта преступления содеянное может квалифицироваться как общеуголовное преступление при условии наличия соответствующей общей нормы одновременно в УК РФ и УК Украины. Например, превышение власти или служебных полномочий, если оно сопровождалось насилием к потерпевшему (ч. 2 ст. 365 УК Украины1), сейчас либо квалифицируется как преступление против жизни и здоровья (гл. 16 УК РФ), либо деяние вообще не является уголовно наказуемым, если к пострадавшему применялось насилие, не опасное для жизни или здоровья, связанное с ограничением его свободы (связывание рук, применение наручников, оставление в закрытом помещении и др.).
Является ли студенческий билет официальным документом, предоставляющим права или освобождающим от обязанностей (на предмет оценки наличия признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 327 УК РФ либо ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 327 УК РФ)?

Требует ли использование поддельного студенческого билета для причинении имущественного ущерба при отсутствии признаков хищения квалификации действий лица по признакам преступления, предусмотренного ст. 165 УК РФ (если да, то охватывается ли данным составом использование подложного документа как способ совершения преступления, т.е. требуется ли дополнительная квалификация по ч. 3 ст. 327 УК РФ)?

В случае если действия лица надлежит квалифицировать по ст. 165 УК РФ, но суммы причиненного имущественного ущерба не хватает для осуществления уголовного преследования (с учетом квалифицирующих признаков – крупный и особо крупный размеры), следует ли такие действия квалифицировать только по факту изготовления (пособничества в изготовлении) и использования подложного документа (ст. 327 УК РФ)?

При решении вопроса о возможности отнесения студенческого билета к предмету преступления, предусмотренного ст. 327 УК РФ, необходимо учитывать правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, который в определении от 13.10.2009 № 1236-О-О указал, что законодатель не определяет понятия официального документа, исходя из публичных интересов обеспечения и защиты установленного порядка документооборота, документального удостоверения юридически значимых фактов и учитывая множественность видов и форм документов и их предназначение. Вместе с тем обоснованность отнесения документа к числу официальных требует проверки и оценки фактических обстоятельств.

Обширный документооборот и разнообразие ситуаций, в которых тот или иной документ может играть роль официального, с одной стороны, не позволил законодателю четко определить их перечень, но, с другой стороны, во избежание произвольного толкования этого понятия наделил правоприменителя правом в каждом конкретном случае оценивать свойства документа и признавать его либо предоставляющим права (освобождающим от обязанностей), либо нет и в зависимости от этого привлекать или не привлекать к ответственности за использование документа как подложного. Поэтому сам по себе факт отсутствия в УК РФ определения понятия «официальный документ», в том числе для целей ст. 327, не может расцениваться как неопределенность уголовно-правового запрета и основание для произвольного применения данной статьи (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19.05.2009 № 534-О-О).
Таким образом, используемый в указанной норме термин «официальный документ», как и любое оценочное понятие, наполняется содержанием в зависимости от фактических обстоятельств конкретного дела и с учетом толкования этого законодательного термина в правоприменительной практике (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 16.12.2010 № 1671-О-О).

Согласно ч. 3 и 4 ст. 33 Федерального закона от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» (далее – Закон об образовании) студенческий билет относится к числу документов, подтверждающих обучение студентов (курсантов) в организации, осуществляющей образовательную деятельность. Он имеет установленную форму, регламентированную приказом Минобрнауки России от 22.03.2013 № 203 «Об утверждении образцов студенческого билета для студентов и зачетной книжки для студентов (курсантов), осваивающих программы бакалавриата, программы специалитета, программы магистратуры» и приказом Минобрнауки России от 05.04.2013 № 240 «Об утверждении образцов студенческого билета для студентов и зачетной книжки для студентов (курсантов), осваивающих образовательные программы среднего профессионального образования». Предъявление студенческого билета влечет предоставление лицу прав, предусмотренных для студентов нормативными правовыми актами, в частности на получение социальной поддержки при проезде на общественном транспорте (ст. 40 Закона об образовании)1.

Таким образом, с учетом вышеизложенного студенческий билет обладает признаками предмета преступления, предусмотренного ст. 327 УК РФ.

Подделка официального документа и его дальнейшее использование одним и тем же лицом охватываются ч. 1 ст. 327 УК РФ и дополнительной квалификации по ч. 3 ст. 327 УК РФ не требуют2.

В рассматриваемом случае приобретение проездного билета по льготной цене на основании поддельного студенческого билета не образует состава преступления, предусмотренного ст. 165 УК РФ, поскольку размер причиненного ущерба не является крупным.

Вместе с тем в других случаях, когда посредством использования заведомо подложного документа причинен крупный ущерб и действия виновного охватываются составом преступления, предусмотренного ст. 165 УК РФ, квалификация содеянного осуществляется по данной статье. При этом следует учитывать, что если виновный сам подделал официальный документ, то требуется дополнительная квалификация по ч. 1 ст. 327 УК РФ; если же использовал документ, подделанный иным лицом, то содеянное полностью охватывается составом ст. 165 УК РФ и дополнительной квалификации по ч. 3 ст. 327 УК РФ не требуется, поскольку использование заведомо подложного документа является способом совершения причинения имущественного ущерба путем обмана. Данная позиция отражена в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2007 № 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате».


Какой государственный орган правомочен предъявлять иски в связи с причинением вреда государству в виде материального ущерба, обусловленного уклонением от уплаты таможенных платежей (ч. 1 и 2 ст. 194 УК РФ)? Этот вопрос возникает в правоприменительной практике таможенных органов при производстве дознания по делам об этих преступлениях.

По этому поводу Генеральной прокуратурой Российской Федерации, иными правоохранительными ведомствами Российской Федерации, в том числе и ФТС России, разрабатывается в настоящее время совместный приказ «О порядке взаимодействия правоохранительных и иных государственных органов на досудебных стадиях уголовного судопроизводства по возмещению ущерба, причиненного государству преступлениями».

Применительно к делам о преступлениях, предусмотренных ч. 1 и 2 ст. 194 УК РФ, дознание по которым осуществляют дознаватели таможенных органов, предложенный Генеральной прокуратурой Российской Федерации алгоритм действий по предъявлению гражданского иска предполагает направление дознавателем начальнику таможенного органа необходимых для предъявления иска материалов уголовного дела (их заверенных копий). Начальник таможенного органа рассматривает необходимость предъявления гражданского иска и определяет должностное лицо для участия в уголовном деле в качестве представителя гражданского истца, т.е. представителя таможенного органа. Однако начальник таможенного органа может и не согласиться с необходимостью предъявления им от имени таможенного органа гражданского иска в рамках уголовного дела, когда в качестве гражданского ответчика будет выступать организация. Например, в случаях, когда параллельно с производством дознания таможенный орган, реализуя свои полномочия налогового органа, осуществляет мероприятия по принудительному взысканию таможенных платежей в порядке, предусмотренном гл. 18 Федерального закона от 27.11.2010 № 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации», с организации, чьи руководители, работники либо представители привлечены в качестве подозреваемых (обвиняемых) по уголовному делу, а если такие мероприятия еще не проводятся, считает их проведение более эффективным для целей возмещения причиненного материального ущерба, чем предъявление гражданского иска в рамках расследования уголовного дела.

В гл. 32 УПК РФ не содержится норм, регламентирующих порядок ознакомления гражданского истца и гражданского ответчика, а также их представителей с материалами уголовного дела и обвинительным актом. Вместе с тем такими процессуальными правами эти участники уголовного процесса обладают в силу положений ст. 44, 45, 54, 55 УПК РФ. Дознаватель при поступлении ему соответствующего ходатайства от указанных участников уголовного процесса обязан ознакомить их с материалами уголовного дела, однако только в части, которая касается предъявленного гражданского иска. При этом надо учитывать, что по уголовному делу о преступлениях, предусмотренных ч. 1 и 2 ст. 194 УК РФ, в качестве гражданского ответчика может выступать юридическое лицо (организация), которое в соответствии с ГК РФ несет ответственность за причиненный преступлением своих руководителей, сотрудников и представителей ущерб, т.е. за их преступные действия. Поэтому ознакомлению подлежит лицо, специально уполномоченное для ознакомления, имея в виду, что в интересах представителя организации, преступными действиями которого причинен ущерб, имеется конфликт с интересами самой организации.

Как правило, прокурор предъявляет иск в защиту интересов государства по делам о преступлениях, предусмотренных ч. 1 и 2 ст. 194 УК РФ, уже после утверждения им обвинительного акта при направлении дела в суд. Однако если такой иск предъявлен прокурором до окончания дознания, то по ходатайству гражданского ответчика (его представителя) дознаватель обязан ознакомить с ним последнего.


Правомерно ли привлечение к уголовной ответственности иностранных граждан и лиц без гражданства за совершение преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 322 УК РФ?

Основную проблему для пограничных органов представляет отсутствие, по их мнению, необходимого законодательного регулирования порядка применения такой меры в отношении иностранных граждан и лиц без гражданства, как «неразрешение въезда», а также доказывание осведомленности виновного лица о принятии в отношении него такого решения.

Между тем в Федеральном законе от 15.08.1996 № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» (далее – Закон № 114-ФЗ) не только перечислены основания применения подобной меры (ст. 26, 27), но и установлена непосредственная взаимосвязь между процедурами принятия решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию и решения о нежелательности пребывания (проживания) в Российской Федерации.

Так, согласно абз. 4 ст. 25.10 Закона № 114-ФЗ решение о нежелательности пребывания (проживания) в Российской Федерации может быть принято в отношении иностранного гражданина или лица без гражданства, которым не разрешен въезд в Российскую Федерацию.


В свою очередь, порядок принятия решения о нежелательности пребывания (проживания) иностранного гражданина или лица без гражданства в Российской Федерации и перечень федеральных органов исполнительной власти, уполномоченных принимать такие решения, устанавливаются Правительством Российской Федерации (абз. 4 ст. 25.10).

В данном случае действует постановление Правительства Российской Федерации от 07.04.2003 № 199 «Об утверждении Положения о принятии решения о нежелательности пребывания (проживания) иностранного гражданина или лица без гражданства в Российской Федерации и перечня федеральных органов исполнительной власти, уполномоченных принимать решение о нежелательности пребывания (проживания) иностранного гражданина или лица без гражданства в Российской Федерации» (далее – постановление № 199), которое содержит требование об обязательном уведомлении лица, в отношении которого принято такое решение.

К числу федеральных органов исполнительной власти, уполномоченных на принятие подобного решения в рамках своей компетенции, относятся: МВД России, ФСБ России, Минобороны России, Росфинмониторинг, СВР России, Минюст России, МИД России, ФМС России, ФСКН России, Роспотребнадзор, ФМБА России.

Согласно абз. 2 ст. 4 постановления № 199 территориальный орган (подразделение) уполномоченного федерального органа исполнительной власти незамедлительно доводит решение о нежелательности пребывания до сведения лица, в отношении которого оно принято, в случае пребывания (проживания) этого лица на территории Российской Федерации.

Аналогичное требование содержится и в ведомственных актах уполномоченных федеральных органов исполнительной власти: приказе ФМС России от 21.05.2009 № 119 «Об организации в системе Федеральной миграционной службы деятельности по принятию решения о нежелательности пребывания (проживания) иностранного гражданина или лица без гражданства в Российской Федерации»; приказе ФСКН России от 12.08.2009 № 362 «Об утверждении Инструкции об организации работы в органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ по представлению материалов и их рассмотрению при принятии решения о нежелательности пребывания (проживания) иностранного гражданина или лица без гражданства в Российской Федерации»; приказе МВД России от 10.11.2012 № 1024 «О порядке представления и рассмотрения в МВД России и его территориальных органах материалов для принятия решения о нежелательности пребывания (проживания) иностранного гражданина или лица без гражданства в Российской Федерации» и т.д.

Согласно смыслу указанных правовых актов подписанный иностранным гражданином или лицом без гражданства документ (уведомление) служит подтверждением осведомленности о принятом в отношении него решении.

При этом способы ознакомления лица с подобным решением в случае его нахождения на территории иностранного государства не регламентированы.

В соответствии с действующим российским законодательством помимо указанного документа (уведомления) доказательством осведомленности виновного лица о неразрешении ему въезда на территорию Российской Федерации может являться документ, удостоверяющий личность иностранного гражданина и лица без гражданства с отметкой, проставленной органами пограничного контроля и ФМС России, свидетельствующей о запрещении их въезда в Российскую Федерацию по основаниям, предусмотренным подп. 2 ч. 1 ст. 27 Закона № 114-ФЗ (постановление Правительства Российской Федерации от 30.06.2003 № 382 «О проставлении отметки о запрещении въезда в Российскую Федерацию некоторых категорий иностранных граждан и лиц без гражданства»).

Одни лишь собственные показания подозреваемых (обвиняемых), согласно которым иностранные граждане или лица без гражданства ранее были осведомлены о неразрешении им въезда в Российскую Федерацию, не следует считать достаточными для разрешения уголовного дела.

Таким образом, при отсутствии документа (уведомления) об ознакомлении с решением о неразрешении въезда в Российскую Федерацию действия иностранного гражданина или лица без гражданства при наличии соответствующих признаков преступления подлежат квалификации по ч. 1 ст. 322 УК РФ.

Учитывая, что в настоящее время порядок принятия решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию и перечень федеральных органов исполнительной власти, уполномоченных принимать такие решения, Правительством Российской Федерации, как это закреплено в абз. 3 ст. 25.10 Закона № 114-ФЗ, не установлен, представляется целесообразным до принятия соответствующего нормативного правового акта при наличии оснований, предусмотренных ст. 26, 27 Закона № 114-ФЗ, уполномоченным федеральным органам исполнительной власти принимать решение о нежелательности пребывания (проживания) иностранного гражданина или лица без гражданства в Российской Федерации в порядке, предусмотренном постановлением № 199.

Кроме того, требует дополнительного совершенствования механизм доведения решения о нежелательности пребывания до сведения лица, в отношении которого оно принято, в случае пребывания (проживания) этого лица на территории иностранного государства, в том числе с использованием возможностей консульских учреждений и представительств ФМС России за рубежом.


Каковы условия и порядок использования результатов оперативно-розыскной деятельности в качестве доказательств в уголовном судопроизводстве?

Использование результатов ОРД в качестве доказательств по уголовным делам определяется Конституцией Российской Федерации, УПК РФ, Федеральным законом от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (далее – Закон об ОРД), иными нормативными правовыми актами, регулирующими отношения в сфере оперативно-розыскной и уголовно-процессуальной деятельности, а также решениями Европейского Суда по правам человека, Конституционного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в Конституции Российской Федерации установлено, что при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона (ч. 2 ст. 50).

Согласно п. 36ст. 5 УПК РФ результаты ОРД должны быть получены в соответствии с федеральным законом об оперативно-розыскной деятельности. Наряду с этим в процессе доказывания запрещается использование результатов ОРД, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам УПК РФ (ст. 89).

Законом об ОРД определено, что результаты ОРД могут использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, регламентирующими собирание, проверку и оценку доказательств (ч. 2 ст. 11).

Согласно Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд, утвержденной приказом МВД России № 776, Минобороны России № 703, ФСБ России № 509, ФСО России № 507, ФТС России № 1820, СВР России № 42, ФСИН России № 535, ФСКН России № 398, СК России № 68 от 27.09.2013 (далее – Инструкция), результаты ОРД представляются в виде рапорта об обнаружении признаков преступления или сообщения о результатах ОРД (п. 6). К этим документам прилагаются (при наличии) полученные (выполненные) при проведении оперативно-розыскных мероприятий (далее – ОРМ) материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, а также материальные объекты, которые в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством могут быть признаны вещественными доказательствами (п. 16).

Представление результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд для приобщения к уголовному делу осуществляется на основании постановления руководителя (начальника или его заместителя) органа (подразделения) ОРД, которое направляется органу дознания, следователю или в суд (п. 9).

К представляемым материалам о результатах ОРД:

полученным при проведении проверочной закупки или контролируемой поставки предметов, веществ и продукции, свободная реализация которых запрещена либо оборот которых ограничен, а также оперативного эксперимента или оперативного внедрения, прилагается постановление руководителя (начальника или его заместителя) органа ОРД о проведении данного ОРМ (п. 10);

полученным при проведении ОРМ, которые ограничивают конституционные права человека и гражданина на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электрической и почтовой связи, а также право на неприкосновенность жилища, прилагается копия судебных решений о проведении ОРМ (п. 12);

требующим рассекречивания содержащихся в них сведений, составляющих государственную тайну, прилагается постановление руководителя (начальника или его заместителя) органам ОРД о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей.

Способ передачи результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд (пересылка по почте, передача нарочным и другие способы) избираются органом ОРД с учетом требований нормативных правовых актов, регулирующих организацию делопроизводства (п. 15).

Кроме того, результаты ОРД, представляемые для использования в доказывании по уголовным делам, должны позволять формировать доказательства, удовлетворяющие требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к доказательствам в целом, к соответствующим видам доказательств; содержать сведения, имеющие значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, указания на ОРМ, при проведении которых получены предполагаемые доказательства, а также данные, позволяющие проверить в условиях уголовного судопроизводства доказательства, сформированные на их основе (п. 20).

При использовании результатов ОРД в качестве доказательств в уголовном судопроизводстве необходимо учитывать также приказ МВД России от 19.06.2012 № 608 «О некоторых вопросах организации оперативно-розыскной деятельности в системе МВД России», которым утвержден перечень оперативных подразделений системы МВД России, правомочных осуществлять оперативно-розыскную деятельность.

В приказе Генерального прокурора Российской Федерации от 15.02.2011 № 33 «Об организации прокурорского надзора за исполнением законов при осуществлении оперативно-розыскной деятельности» обращается внимание на то, что результаты ОРД могут быть использованы в качестве доказательств по уголовным делам при соблюдении следующих условий:

законности проведения оперативно-розыскных мероприятий;

законности представления результатов оперативно-розыскной деятельности;

наличия полномочий у лиц, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, а также принимающих решения о проведении ОРМ, представлении результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд;

соблюдения определенного Законом об ОРД перечня оперативно-розыскных мероприятий (п. 6).

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 09.06.2011 № 12-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 7 статьи 16 Закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации» и части первой статьи 9 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» в связи с жалобой гражданина И.В. Аносова» признано не противоречащим Конституции Российской Федерации рассмотрение материалов о проведении в отношении судьи районного суда ОРМ, связанных с ограничением его гражданских прав или нарушением его неприкосновенности, судом не по месту проведения ОРМ и не по месту нахождения органа ОРД, ходатайствующего о проведении ОРМ.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.07.2012 № 1472-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Лукаша Владимира Ивановича на нарушение его конституционных прав статьями 86, 166, частью второй статьи 176, статьями 180 и 186 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 3 статьи 8 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и положениями Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» признаны допустимыми доказательства, сформированные на основе результатов ОРД, которые получены при проведении ОРМ без судебного решения в отношении адвоката, если такое мероприятие не вторгается в сферу адвокатской деятельности.

Согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 21.11.2013 № 1872-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Курбатова М.А. на нарушение его конституционных прав статьями 4, 7 и 8 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» не нарушает Конституцию Российской Федерации полномочие правоприменителя самостоятельно решать, в течение какого срока с момента вынесения постановления о проведении ОРМ оно должно быть проведено.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 31.10.1995 № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» пояснено, что доказательства должны признаваться полученными с нарушением закона, если при их собирании и закреплении нарушены гарантированные Конституцией Российской Федерации права человека и гражданина или установленный УПК РФ порядок их собирания и закрепления, а также если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами (п. 16). Кроме того, результаты ОРМ, связанные с ограничением конституционного права граждан на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, а также с проникновением в жилище против воли проживающих в нем лиц (кроме случаев, установленных федеральным законом), могут быть использованы в качестве доказательств по уголовным делам, если они получены по разрешению суда на проведение таких мероприятий и проверены следственными органами в соответствии с УПК РФ (п. 14).

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.02.2009 № 1 «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» обращено внимание на то, что жалоба на проведение ОРМ может быть подана одновременно в суд и прокурору. Если жалоба с теми же доводами уже удовлетворена прокурором, то судья выносит постановление об отказе в принятии жалобы к рассмотрению. При несогласии заявителя с решением прокурора, а также при частичном удовлетворении содержащихся в жалобе требований жалоба подлежит рассмотрению в соответствии со ст. 125 УПК РФ (п. 8).

В определениях Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 30.04.2013 № 9-Д13-6 и от 20.11.2013 № 75-Д13-20 обращено внимание на то, что при наличии информации, которая подтвердилась при проведении первого ОРМ, сотрудники оперативных служб, имея реальную возможность выполнить поставленные Законом об ОРД задачи по пресечению незаконных действий, не вправе организовывать повторное ОРМ, провоцируя тем самым лицо на продолжение преступной деятельности.

Постановлением Европейского Суда по правам человека от 10.03.2009 «Дело «Быков (Bykov) против Российской Федерации» признано нарушением Конвенции о защите прав человека и основных свобод использование негласной звукозаписи, полученной в ходе оперативного эксперимента, без судебного решения. В связи с этим в информационном письме Генеральной прокуратуры Российской Федерации от 04.02.2010 № 69-11-2010 «О применении отдельных положений Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» в связи с постановлением Европейского Суда по правам человека по жалобе № 4378/02 «Быков против Российской Федерации» обращено внимание на необходимость соблюдения положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также названного решения ЕСПЧ.



В информационном письме Генеральной прокуратуры Российской Федерации от 18.02.2013 № 36-11-2013 «О практике использования рекомендаций Европейского Суда по правам человека при производстве проверочной закупки» указано, что при осуществлении прокурорского надзора необходимо исходить из того, что интересы государства не могут оправдывать провокацию, а использование доказательств, полученных в результате провокации, недопустимо.

Каталог: userfiles -> ufiles -> nii
ufiles -> Приложение к договору № от
ufiles -> Общие проблемы философии науки Предмет и основные концепции современной философии науки
ufiles -> Примерные темы курсовых и квалификационных работ
ufiles -> Гипергомоцистеинемия: современный взгляд на проблему
ufiles -> 21 Астма и аллергия • 1/2017 Материал предназначен для пациентов
ufiles -> Трихология (от греч trichos волос; logos учение) наука о волосах и волосистой части кожи головы
ufiles -> VelaShape (ВелаШейп) сочетание четырех методик для коррекции фигуры
nii -> Сборник статей Москва · 2013 ббк 67 а 43 а 43
nii -> Академия генеральной прокуратуры


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8


База данных защищена авторским правом ©zodorov.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница