Истоки эволюционной экономики В. Квасницкий



страница3/4
Дата01.05.2016
Размер0.56 Mb.
1   2   3   4

Созидательное разрушение.

Первым, кто в эволюционном ключе сформулировал и высказал зрелые предложения (хотя еще далекие от формального подхода и без приложения математических моделей) по поводу принципов и задач экономического анализа, был Йозеф Алоиз Шумпетер (Josef A. Schumpeter, 1883-1950). Он сделал это в «Теории экономического развития» и в более поздних публикациях56. В маржиналистской теории, которая доминировала в начале 20-го века, причины развития искали среди факторов, экзогенных по отношению к экономическим процессам. Один из основателей маржиналистской школы, Джон Бейтс Кларк трактовал рост населения, изменения в предпочтениях потребителей, изменения в методах производства (возникающие в ходе текущей, нормальной экономической деятельности) как экзогенные факторы57.

Эту точку зрения оспорил Шумпетер, который верно заметил, что причины этих явлений нужно искать в экономическом процессе как таковом. По его мнению, капитализм никогда не может быть равновесным процессом (находящимся в равновесии) и никогда не может рассматриваться как статический процесс. Важным элементом его теории является концепция повторяющихся структурных изменений, которые он назвал «штормами созидательного разрушения», за которыми следуют волны развития и быстрого роста; «эволюция по своей природе неравномерна, прерывиста, беспорядочна … эволюция – это разрушение существующих структур и больше похожа на серии взрывов, чем на мягкую, хоть и непрерывную, трансформацию»58. Штормы созидательного разрушения создаются предпринимателями-новаторами, которые внедряют радикальные инновации. Предприниматели ищут новые продуктовые и торговые комбинации (инновации в понимании Шумпетера) для того, чтобы извлечь большую прибыль. Прибыль предпринимателя проистекает из, как обычно пишет Шумпетер, временно монопольного положения. Прибыль появляется в ситуации экономического роста, другими словами, в динамической экономике. По мнению Шумпетера, прибыль не всегда является основным мотивом для предпринимателя, зачастую мотивирующим фактором выступают личное желание предпринимателя созидать (artistic creation), его потребность в самовыражении (outlet of his temperament), желание показать свои возможности, просто начав делать что-то новое.

Шумпетер был так убежден в эволюционном характере капиталистической экономики, что в 1942 году о написал: «Важно понять, что говоря о капитализме, мы имеем дело с эволюционным процессом. Кажется странным, что кто-то может не замечать столь очевидного факта, важность которого давно уже подчеркивал Карл Маркс»59 Однако необходимо заметить, что понимание Шумпетером термина «эволюционный» несколько отличается от понимания Дарвина или Ламарка. Экономическое развитие, как и любой экономический процесс, историчен в том смысле, что будущее развитие определяется чередой произошедших изменений в той же мере, в какой и текущей стадией этого процесса. «Любой конкретный процесс развития покоится в конечном счете на предшествующем развитии… любой процесс развития создает предпосылки для последующего развития»60 Инновации в экономических процессах, также как и мутации в биологической эволюции, являются важными элементами развития. В 1939 г. он писал, что экономическая эволюция эквивалентна «изменениям в экономическом процессе, вызванных инновациями, со всеми их последствиями и реакцией на них экономической системы» 61. По мнению Шумпетера, эти изменения «иллюстрируют всё тот же процесс экономической мутации, — если можно употребить здесь биологический термин, — который непрерывно революционизирует экономическую структуру изнутри, разрушая старую структуру и создавая новую. Этот процесс “созидательного разрушения” является самой сущностью капитализма» 6263

В этих утверждениях элементы отбора и поиска инноваций трактуются как важные механизмы эволюционного процесса. Однако в его более поздних работах понимание эволюционного процесса несколько иное. « Термин «эволюция» может быть использован как в более широком, так и в более узком значении. В более широком значении он включает все феномены, которые делают экономический процесс нестационарным. В более узком значении он объединяет те же феномены за вычетом таких, которые можно отнести на счет непрерывных колебаний экономических показателей в рамках неизменной системы институтов, вкусов или технологического кругозора, - их можно включить в понятие экономического роста»64. То есть эволюция по Шумпетеру в широком смысле – это почти то же самое, что и «изменение», а в узком смысле этот термин эквивалентен экономическому росту.

Идея о том, что экономические изменения идут «изнутри», а не экзогенны по отношению к экономическому процессу, кажется наиболее важным вкладом теории Шумпетера. Эта идея определила последующее развитие эволюционного подхода применительно к экономическому анализу. Видение Шумпетера ведет к снижению роли анализа экономических процессов в состоянии равновесия и делает гораздо более важным анализ состояний, далеких от равновесия, и анализ переходных процессов. Подход Шумпетера к экономическому анализу ставит на первое место качественные изменения, несмотря на то, что их довольно сложно выразить математической моделью или представить в любым формальным образом. Качественные изменения и распространение разнообразия в экономике являются ключевыми категориями экономических изменений в долгосрочной перспективе. Поэтому Шумпетера больше интересуют те изменения, «которые так сдвигают точку равновесия, что новое состояние не может быть достигнуто через серию бесконечно малых изменений. Наделайте сколько угодно почтовых карет, но у вас никогда в результате этого не получиться железной дороги»65.

Таким образом, для Шумпетера важно появление инновации или, как он заметил в 1912 году: «Производить (эти изменения) — значит комбинировать имеющиеся в нашей сфере вещи и силы. Производить нечто иное или иначе — значит создавать другие комбинации из этих вещей и сил»66 Под инновацией он понимал «(1) Изготовление нового, … блага или создание нового качества того или иного блага. (2) Внедрение нового …. метода (способа) производства ... (3) Освоение нового рынка сбыта ... (4) Получение нового источника сырья или полуфабрикатов ... (5) Проведение соответствующей реорганизации …»6768

Шумпетер выделил очень важное свойство капиталистической экономики, общее свойство всех эволюционных процессов, а именно, что эффективное развитие строго зависит от разнообразия и что разнообразие является основным источником инновации и может быть названо двигателем эволюции. Разнообразие ведет к снижению текущей производительности системы, поэтому с краткосрочных позиций является недостатком. Однако оно становится преимуществом в долгосрочной перспективе. Шумпетер писал: «Любая система …, полностью использующая все свои возможности для получения наилучшего результата в каждый данный момент времени, может в долгосрочном аспекте уступить системе, которая не делает этого никогда, поскольку краткосрочные преимущества могут обернуться долгосрочными слабостями»69.

В завершении описания влияния Шумпетера на развитие эволюционной экономики будет честными и укажем на один парадоксальный факт. Шумпетер считается одним из основателей эволюционного подхода к экономическому анализу, и именно в этом ключе перечитываются его работы в последние десятилетия. Однако Шумпетер, комментируя возможность использовать биологические аналогии по отношению к экономическим явлениям, писал, что «никакая апелляция к биологии не будет иметь ни малейшей пользы»70. И его мнение по этому вопросу, кажется, не изменялось со временем. В 1912 г. он также писал не слишком хвалебные слова по отношению к эволюционному подходу в экономике. В оправдание Шумпетера можно предположить, что его мнение базировалось на весьма специфичном и, видимо, неверном представлении о переносе биологических идей на экономический анализ, и на очень предвзятом отношении Шумпетера к некоторым течениям экономической мысли начала 20-го века. В начале главы «Основной феномен экономического развития» он писал:

«Близки метафизическим предубеждениям … всякие поиски объективного смысла истории, а также постулат, согласно которому народ, культурное сообщество или даже все человечество в целом должны совершить некое развитие в смысле однозначно понимаемой линии развития, как полагал даже столь трезвый ум, как Рошер, как мыслили себе и до сих пор мыслят бесчисленные адепты блистательной плеяды представителей философии истории и историков от Вико да Лапрехта. Сюда же относятся и та разновидность идей развития, которая тяготеет к Дарвину – во всяком случае, если этот научный подход просто по аналогии применяется в нашей области, - и психологические предубеждения в той мере, в которой в мотивации и в волевом акте без каких-либо дальнейших церемоний усматривают в отдельном конкретном случае нечто большее; нежели просто отражение социального явления, - отражение, которое, разумеется, нередко облегчает нам понимание. Однако то, что идеи развития ныне оказались дискредитированными в нашей области и – в первую очередь, с исторической стороны – вновь и вновь проявляют принципиальные отклонения, имеет и другую причину. Флюиды ненаучной и вненаучной мистики самых различных оттенков, окружающие идею развития, дополняются флюидами дилетантизма; все те опрометчивые, недостаточно оправданные обобщения, в которых известную роль играет слово “развитие”, привели к тому, что многие из нас как на словах, так и на деле, потеряли всякое терпение»71.

Этот очень специфичное методологический призыв, который подчеркивает важность долгосрочных изменений в экономических процессах, и стремление понять экономическое развитие в более широкой перспективе ( имеющей под собой общую теоретическую программу), отделяет подход Шумпетера от неоклассического. Шумпетер предложил также трактовать экономического агента не как максимизирующего свои действия, любым мыслимым образом, а скорее как субъекта, пытающегося улучшить свое положение по отношению к остальным.

Рутины, поиск инноваций и отбор

Одной из особенностей капиталистической экономики является наличие относительно большого разнообразия продуктов. Чемберлен предложил модель монополистической конкуренции с дифференцированным продуктом72. Предложение Чемберлена заключалось в том, чтобы совместить идеи монополии и конкуренции, используя аналогию процесса химического синтеза. Для того, чтобы протекал химический процесс, необходимо постоянное движение и изменение во внешних условиях. Анализируя природу этих процессов, можно выделить как статические, так и динамические характеристики. Хотя модель Чемберлена была все же основана на неоклассической парадигме, она содержала эволюционные элементы, а именно, сосредоточила внимание на важности разнообразия продуктов и широте возможностей выбора продуктов для производства.

Несмотря на динамические характеристики, модель Чемберлена не была основана на эволюционных предпосылках. Первым, кто это сделал, был Армен Алчиан (Armen Alchian) почти двадцать лет спустя. Алчиан сделал попытку заменить неоклассический принцип максимизации на биологическую концепцию естественного отбора. Алчианом и через два года Пенроуз обсуждалась возможность приложить идею естественного отбора для описания поведения фирм. Как утверждал Алчиан, конкуренция определяется не мотивом максимизации прибыли, а тем, что индивиды стремятся к положительной прибыли и для этого прибегают к адаптивным и имитационным процедурам, а также к методу проб и ошибок и поэтому «те, кто получает положительную прибыль, выживают; а те, кто несет убытки исчезают»73. Представление Алчиана во многом сходится с представлениями Дарвина. Работа Алчиана была первым серьезным шагом к построению математической модели экономического развития на базе эволюционных метафор. В своей работе он заявляет: «Экономические аналогии генетической наследственности, мутации и естественного отбора - это имитация, инновация, и положительная прибыль»74.

Очень наглядно Алчиан демонстрирует суть своего подхода к анализу поведения фирм в конкурентном окружении: «Полезный, но нереалистичный пример, когда участники действуют без всякого предвидения, указывает на доступный экономисту путь анализа, а также демонстрирует способность системы осуществлять аллокацию ресурсов, несмотря на то, что экономические агенты не обладают достаточным знанием. Предположим, что тысячи путешественников отправляются из Чикаго, выбирая дороги просто наугад, не строя никаких прогнозов. Только наш "экономист" знает, что лишь на одной дороге имеются бензозаправки. Он может с определённостью утверждать, что только те, кто оказались на этой дороге, продолжат движение, а у тех, кто едет по другим дорогам, скоро кончится бензин. Хотя путешественники выбирали дороги случайным образом, мы можем назвать тех, кому повезло выбрать правильную дорогу, мудрыми, эффективными, прозорливыми, и т.д. Конечно, можно считать их и удачливыми»75.

В этой статье Алчиан не затронул один из важнейших элементов поведения фирм, а именно, процесс поиска технологических инноваций конкурирующими фирмами. В манере, аналогичной неоклассической, он трактует технологические изменения как приходящие извне. Скорее всего, основной целью статьи Алчиана было не показать достоинства эволюционного подхода, а выделить некоторые последствия использования принципа максимизации, трактуемого как основной мотив действий экономического агента.

Предложения Алчиана и Пенроуз были развиты и полностью вписаны в эволюционную парадигму Нельсоном и Уинтером в их бесчисленных статьях и книгах76.. Основной интерес Нельсона и Уинтера лежал в изучении процесса поиска инноваций конкурирующими фирмами. Каждая фирма характеризуется набором рутин, на которых основано поведение фирм в специфичном и неоднородном окружении, в котором они действуют в течение периода развития фирмы. Под рутинами Нельсон и Уинтер понимали «нормальное и предсказуемое поведение»77. Рутина означает «образец поведения, которому постоянно следуют, но который изменяется с изменением конъюнктуры 78. Рутины отражают «технические методы производства товаров и услуг … процедуры найма и увольнения, заказы нового оборудования или увеличение производства предметов повышенного спроса вплоть до политики в области инвестирования, НИОКР или рекламы и стратегии деловой активности в отношении диверсификации продукта и заграничных инвестиций»79. Поиск инноваций и направление продолжения исследования в какой-то степени сами определяются рутинами. Рутины диктуют выбор и задают методики, отражают установившиеся управленческие практики, организационную среду, а также используемые технологии. Каждая фирма ищет новые рутины и новые комбинации рутин для того, чтобы улучшить свое положение относительно конкурентов. Фирмы «не могут оптимизировать в формальном смысле, потому что их проблемы слишком сложны для того, чтобы их можно было полностью осмыслить. Действия фирм в нашей модели в любой момент времени управляется набором правил принятия решений, и мы не рассматриваем эти правила как выводимые из каких-то “оптимизационных” уравнений. Однако, как эволюционисты-теоретики, мы ожидаем, что правила, применяющиеся в данный момент, являются точным и правдоподобным ответом на условия внешней среды»80 .

Каждая рутина и весь набор рутин, характеризующих фирму, может измениться, если изменяются внешние условия, в которых находится фирма. «В первом приближении можно ожидать, что фирмы поведут себя в будущем соответственно рутинам, применявшимся ими в прошлом … но … неправильно осмысливать поведение фирмы в терминах обдуманного выбора из обширного меню альтернатив, которые некий внешний наблюдатель считает благоприятными возможностями организации. Меню отнюдь не обширно – оно ограниченно и идиосинкразично»81.

Для того, чтобы завершить картину, необходимо отметить такие тренды современного экономического анализа, приводящие к исследованию экономических процессов в рамках эволюционной парадигмы, как бихевиоризм (например, Herbert Simon, Richard M. Cyert и James G. March), менеджеризм (W.J. Baumol и Oliver E. Williamson) и наблюдения Николаса Калдора (Nicolas Kaldor), особенно в его «Экономике без равновесия»82. Согласно Калдору, рынок никогда не приходит к равновесию по Вальрасу. Предприниматели знают это и принимают во внимание этот факт, внедряя инновации и выполняя заказы. Несмотря на теоретические постулаты, мы не замечаем тенденции к унификации цен (стремление к равновесной цене), наоборот, видим, как внедряя инновация и реагируя на происходящие изменения на рынке, экономические агенты способствуют ценовому разнообразию. Наиболее распространенный способ ценообразования – надбавка к издержкам, и только время от времени, когда бизнес идет не так, как предполагалось, размер маржи пересматривается. Развитие отрасли – это исторический процесс, в котором большую роль играет явление, известное как cumulative causation.

В теориях фирмы Коуза, Пенроуз, Сайерта и Марча, Саймона основной идеей является то, что знание фирмы далеко не полное и не долговечное83. Фирм нельзя назвать максимизаторами (maximizers). Они стремятся соответствовать неким общим критериям поведения фирм, поэтому их лучше называть satisficers. Рациональность человека не совершенна, реальность слишком сложна, чтобы принять во внимание все взаимные влияния, ограничения и предпосылки и провести оптимизацию. Действия людей и поведение фирм управляются правилами поведения, полученными в результате долгого процесса развития человека и роста фирм. Поэтому Герберт Саймон говорит об ограниченной рациональности человека. Сайерт и Марч выражают схожее мнение, а также заявляют, что для фирмы действовать правильно не обязательно значит иметь ясные и четкие критерии. В большинстве случаев эти критерии размыты, они существуют только в устной форме, а не в форме набора известных уравнений.

Представители теории управления подчеркивают, что в отличие от ортодоксального взгляда на экономический анализ, прибыль не является основным фактором, влияющим на принятие управленческих решений. Изменение во взглядах на эту проблему были впервые обозначены Баумолем и Уильямсоном. Баумоль предложил использовать выручку и ограничение на уровень прибыли, а не просто прибыль. Предложение Уильямсона касаются общей схемы максимизации прибыли менеджерами84.



Заключительные комментарии

Современная эволюционная экономика может быть охарактеризована как исследующая экономические процессы и особенно экономическое развитие в кратко- и долгосрочной перспективе, как занятая поиском причин и определением механизмов появления и существования отраслей, выяснением мотиваций экономических агентов и смысла их действий.

Сфера исследования современной эволюционной экономики включают в себя такие области, как


  • влияние технологических и организационных инноваций на агрегированные характеристики экономической активности, а также попытки объяснить экономические процессы посредством дарвиновской теории отбора и мутаций85;

  • поведение фирм внутри отрасли под давлением ценовой и шумпетерианской конкуренции, поиск эволюционных механизмов действий на уровне отрасли и фирмы, исследование причин разнообразия поведения экономических агентов (рутин, институтов)86;

  • рынок как институт, рассматриваемый в эволюционной перспективе87;

  • уникальность пути экономического развития (зависимость от прошлого (path dependence), необратимость (irreversibility), кумулятивная причинность (cumulative causation)88;

  • развитие знания и механизмы формирования общественного поведения и институтов, вызывающие изменения в структуре экономической системы89;

  • технологические изменения и их влияние на долгосрочное развитие человеческой цивилизации 90;

  • исследования личности и психологических факторов, побуждающих человека вносить изменения и подталкивающих его к улучшению своего положения и осуществлению инноваций91.

Эволюционная экономика пока еще находится на начальной стадии своего развития. В рамках экономического анализа эволюционная парадигма еще до конца не сформировалась, но развитие эволюционной экономики в последние десятилетия позволяет сделать вывод, что описание экономических процессов и поведения экономических агентов на микроуровне, которое предлагают исследователи, работающие в рамках эволюционной парадигмы, гораздо более целостное и близкое к реальности, чем то, что дают ортодоксальные экономисты. Однако не существует убедительного изложения эволюционного взгляда на макроэкономические процессы, а есть лишь относительно неплохое словесное описание макроэкономических процессов с эволюционных позиций. Существует значительный недостаток эволюционных моделей, описывающих развитие на национальном или мировом уровнях. Первый тип моделей основан на подходе “bottom-up” [макроэкономические процессы как совокупность процессов на микроэкономическом уровне] и его применение приводит к построению огромных моделей национальных экономик. Модели этого типа очень сложно анализировать, и возникают проблемы с пониманием того, что лежит за модельными построениями. Преимущество неоклассических моделей в том, что хотя они слишком общие и построены на очень нереалистичных предпосылках, они просты в применении и понятны.

Дальнейшее развитие эволюционной экономики требует разработки эффективных и очень специфических способов формального анализа. Как пишет Кеннет Боулдинг: «одной из отличных перспектив на ближайшие несколько десятилетий является развитие математических методов, подходящих для анализа социальных систем, к чему в большинстве случаев не применимы математические методы 18-го века, которые мы, в основном, используем. Мир скорее топологический, чем численный. Нам требуется некартезианская алгебра, также как и неевклидова геометрия, где минус на минус не всегда дает плюс, а нижняя граница – это зачастую иллюзия. Поэтому многое еще предстоит сделать»92. Симуляционный подход, преимущественно используемый в анализе нелинейных, эволюционных моделей экономического анализа, кажется весьма полезным, однако он не во всем удовлетворяет требованиям, которым должен удовлетворять абсолютно адекватный инструмент формального анализа.

Использование эволюционного подхода к анализу социально-экономических процессов имеет массу преимуществ перед ортодоксальным, механистическим подходом. Например, в противоположность ортодоксальным взглядам, проблема необратимости (irreversibility) (стрелы времени, «time arrow») является центральной проблемой эволюционной экономики. Эволюционная экономика исходит из динамического, а не статического представления об экономических процессах. Переходные периоды, неравновесные процессы считаются гораздо более интересными и близкими к реальности. Наблюдение за реальными экономическими процессами подсказывает, что социально-экономическое окружение экономических агентов постоянно изменяется и уже только один этот факт служит причиной того, что в реальности равновесие никогда не будет достигнуто. Но эволюционный подход позволяет также анализировать экономические процессы в равновесии и сравнить получившиеся результаты с неоклассическими выводами. В большинстве случаев эволюционная экономика подтверждает хорошо известные выводы неоклассического анализа. Качественные, как и количественные, изменения также находятся в сфере интересов эволюционной экономики. Результаты эволюционных исследований процесса принятия решений гораздо более убедительны и близки к реальности.

Одним из наиболее важных критериев, используемых учеными при выборе того или иного подхода, является перспективность дальнейшего исследования в рамках данной теории или подхода. Судя по всему, неоклассическая парадигма приближается к пределам своего развития, тогда как эволюционная парадигма, хотя и является не менее старой, чем неоклассическая, и в течение последних ста лет развивалась гораздо медленнее, еще имеет широкие возможности для дальнейшего развития.




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4




База данных защищена авторским правом ©zodorov.ru 2020
обратиться к администрации

    Главная страница